Тут тебе и врачи, и укольчики, и прочие тридцать три удовольствия… За пьянку еще грандиозным втыком отделается, а вот если на него как на психа бумаги писать начнут… Тут уж из армии вылетишь как дважды два, да еще до того лечить будут со всем усердием… Ну, а нам-то что делать? Идти завтра докладывать? Нас как-никак двое, да если на Петрова нажать…

– Ага, – сказал Сидоров не без насмешки. – И уговорим мы наше с тобой начальство, чтобы оно на следующую ночь вместе с нами в засаду засело? Плохо верится… Ты когда-нибудь о коллективных галлюцинациях слышал?

– Ну, не совсем уж темный, – сказал я с тоской.

 – Краем уха.

– Вот то-то. И отправят нас прямой дорогой к докторам, а те уж потешатся на всю катушку… Ох, не зря там капитальная решеточка стояла. Знал хозяин, не мог не знать. Может, спускался ночью посмотреть, как она по своей камере ходит, фон-барон клятый.

Решетку эту, я думаю, и ей не по силам сковырнуть. Ничего, потерпим. По тем же сказкам всякая нечисть с рассветом угомонится непременно. Когда с Петровым… случилось, она сразу на место, надо полагать, вернулась. Не любит многолюдства, я так думаю.

– Да похоже, – сказал я. – Ничего, до рассвета недолго, отсидимся, никто вопросов задавать не будет… – И тут меня как током стукнуло: – Что-то мы не о том… А как же маршал?

– Что? – спросил Сидоров крайне серьезно.

– А вот то, – сказал я. – Поселится здесь маршал… мало ли куда она ночью забредет, мало ли что у нее на уме…

– И действительно, – сказал он сквозь зубы. – Рисковать никак нельзя. И докладываться нельзя, за сумасшедших примут… Но днем-то она, как статуе и положено, стоит камень камнем и вряд ли станет сопротивление оказывать… – Тут его как бы осенило: – Вызвать днем солдат, вытащить ее к чертовой матери и сбросить в реку.

Недалеко протекает. Только булькнет.

– Ну, Сидоров… – поморщился я. – А еще в охране маршала который год… Представляешь, сколько народу на нас просигнализируют, и что? Два офицера, которым положено беречь в доме каждую дощечку, вдруг утащили ценную статую и в речке утопили… Приказ наш, конечно, выполнят беспрекословно, но ведь доложат потом. Тут-то мы огребем по самое не могу.

– Да, что-то я не подумал, – говорит он смущенно.

 – Действительно, не зер гут… Может, решетку на место приварить?

– А маршал, как ты сам уверял, ее снять прикажет, чтобы получше рассмотреть…

– Ну так что же ты предлагаешь?

– А взрывчаткой, – сказал я решительно. – Взрывчатка – она и мрамор возьмет. Уж тут-то на нас никто и не подумает – мало ли немцы «сюрпризов» оставили, саперы могли и оплошать. Вот как сняли мы решетку, так и привели в действие некий часовой механизм. Взрывчатку, кстати, в мешке принести можно, подо что-нибудь такое замаскировав.