— Понятно, — сказала Моя Длина. Мужчина открыл дверь своего раритета и

извлек на свет насос-лягушку.

— Колеса будете накачивать? — продолжала беседу Школьникова.

— Придется, — вздохнул мужчина.

— А мы как раз с девчонками спорили: эта штука у вас еще ездит или давно уже не ездит? — вмешалась Катя.

Мужчина кинул на нее обиженный взгляд.

— Это, между прочим, не штука, а «Сааб». Очень хорошая шведская фирма.

— Была она у вас когда-то фирмой, — вырвалось у Моей Длины.

— Напрасно вы так, девушка, — совсем разобиделся мужчина. — Это еще очень хороший автомобиль. Бегает, как олень.

— Только очень пожилой олень, — уточнила Катя.

— И вещи пятидесятых годов, между прочим, сейчас в большой моде, — не расслышал ее слов мужчина. — А что старенький — не беда. Даже лучше.

— Лучше? — состроила ему глазки Катя. Мужчина вновь покраснел.

— Именно, лучше, — убежденно произнес он. — Ходовыми качествами я лично доволен, а жуликов моя машина не привлекает. А вот тут, например, «Пежо» еще недавно стоял. Новенький. С иголочки. Так вот. Угнали. Вот и трать после этого деньги на новые иномарки.

— Так у него старую тоже угнали, — сообщила Катя.

— Ну да? — заинтересовался владелец раритета.

— «БМВ». Десятилетней давности, — тихо произнесла Таня.

— А я думал, Никита продал его, — еще сильнее удивился мужчина.

— Вот когда продавал, тогда и украли, — внесла ясность Школьникова.

— А вы-то откуда знаете? — продолжал изумляться мужчина.

— Мы одноклассницы его сына Артема, — очень официально произнесла Катя.

— Понятно, — кивнул мужчина. — Не повезло вашему однокласснику. Про «БМВ* уж не знаю, а эту, — ткнул он пальцем туда, где теперь стояла чья-то «девятка», — прямо, можно сказать, на моих глазах и угнали.

— Как, на ваших глазах? — уставились на него девочки.

— Обыкновенно, — развел руками владелец допотопного «Сааба».

Олег и Женька испуганно озирались в темной прихожей. Из открытой двери, которая, судя по всему, вела в комнату, струился сумеречный свет. Электричество в этом доме, по-видимому, экономили. Перед ребятами стоял какой-то тощий субъект неопределенного возраста, но явно порядком уставший от жизни.

— Ну? — не сводил он с ребят водянистых глаз.

— Мы к вам, — забыв о наставлениях Олега, выпалил Женька.

— От Николая Ивановича, что ли? — просипел хозяин квартиры.

Женька уже раскрыл рот, чтобы осведомиться, кто такой Николай Иванович, но Олег опередил:

— Естественно, от него.

— Болеет, — уже сориентировался в ситуации Женька. И, перенеся на неизвестного Николая Ивановича горький опыт Темы, добавил: — Температура — во! Горло болит! Голос пропал!

— И слабость такая, что даже с постели почти не встает, — усугубил Олег состояние неизвестного, но несчастного Николая Ивановича.