— Борис Михайлович, — перебил его доклад Сталин, — вы как считаете, начнут японцы войну против нас?

— Судя по приготовлениям — да. Они приняли решение. Тем более только-что стало известно о пропуске японцами нескольких крупных американских караванов с войсками и оружием в сторону Кореи.

— Какие силы в конечном счете против нас смогут выставить японцы и американцы на момент начала боевых действий на Дальнем Востоке?

— В Японии активно призываются резервисты и по оценочным данным в течении месяца, с учетом полного прекращения боевых действий на Тихом океане, против нас будет выставлено сорок дивизий общей численностью около одного миллиона семисот тысяч человек.

— Это серьезные силы.

— Помимо этого будет присутствовать американский экспедиционный корпус и его численность на начальном этапе оценивается минимум в четыреста тысяч человек. Есть информация о формировании частей из китайских и корейских добровольцев и там что-то по численности трудно предугадать. К тому же нужно учесть военные флоты и Японии и США, которые имеют абсолютное превосходство над нашим Тихоокеанским флотом. Тут я даже боюсь приводить цифры.

— Они нас решили закидать трупами?

— По всей видимости — да. К концу весны возможная численность объединенной группировки войск противостоящей нам на Дальнем Востоке может представлять около трех с половиной — четырех миллионов человек, не считая флотские соединения. А к середине лета добавится еще около семисот-девятисот тысяч человек, которые по их расчетам должны будут компенсировать огромные потери на первом этапе наступления, для сохранения боевого потенциала объединенной группировки войск противника.

— И какие ваши прогнозы?

— При таком соотношении сил Сахалин будет полностью потерян в течении двух недель, к середине лета японо-американские войска захватят Владивосток, Петропавловск-Камчатский, перерезав транссибирскую магистраль выйдут к Красноярску и получат возможность к наступлению во внутренние районы Сибири.

Сталин слушал, делавший пометки в блокноте поднял голову и внимательно посмотрел на Шапошникова, поняв, что тот имел в виду. А начальник генштаба, чуть кивнул головой.

— Это исходя из условий, что мы будем обороняться обычными силами и средствами, не учитывая наличия фактора в виде генерала Оргулова и его организации.

— Продолжайте, Борис Михайлович, что вы там приготовили совместно с потомками.

Шапошников, стоящий чуть ли не по стойке смирно перед большим экраном, немного замялся и четко и спокойно продолжил, озвучивая наш основной план, так сказать первичный уровень воздействия на противника.