– А тот пограничник, который тебя информировал… Он жив?

– Конечно! Решили же, что он может пригодиться…

– Я должен с ним встретиться!

– Чем скорее, тем лучше!

Оловянный с минуту смотрел на собеседника, затем рукой подал знак «ко мне». Он не видел сидящего на скамейке Абрикоса – на улице было темно, а стекло, как зеркало, отражало освещенный зал. Но он знал, что телохранитель наверняка там и следит за каждым его движением, как, впрочем, и за каждым движением чужака. И не ошибся: возле столика мгновенно возник Абрикос.

– Аваз! – обратился к нему Оловянный.

 – Можешь организовать нашему гостю встречу с Вахидом?

Абрикос достал из кармана аппарат и набрал номер Вахида… Гудки вызова шли, но трубку никто не брал.

– Да! – наконец раздался резкий ответ.

– Узнал? – спросил Абрикос.

– Д-да, – голос сразу потерял свою резкость.

– Нужно срочно встретиться! На нижней дороге, где в прошлый раз… Сколько тебе надо, чтобы туда добраться?

Он не спрашивал, а распоряжался, как командир, который знает, что вызываемый обязательно приедет.

– Ну… Через час-полтора, – ответил Вахид после минутного раздумья.

– Через час-полтора, – Абрикос продублировал ответ вслух.

Оловянный взглянул на настенные часы, затем – на Мухаммада. Тот кивнул.

– Едем! – подвёл итог Оловянный, хлопнув ладонью по столу.

Когда машины со страшными гостями уехали, в зал осторожно зашёл Рамиз. На негнущихся ногах он прошёл к входной двери и запер её изнутри. Потом опустился на ближайший стул, перевел дух и долго сидел с закрытыми глазами, постепенно приходя в себя.

Фары двух машин ярко освещали пустынную проселочную дорогу. Первым шел «Лендкрузер» Оловянного, за ним – «Опель» Ханджара.

В каждом автомобиле было по четыре человека. Когда подъезжали к роще, где затаилось прикрытие, Абрикос спросил:

– Командир, что сказать ребятам? Пусть пристраиваются в конец?

– Ты что?! – рявкнул Оловянный. – Мухаммад подумает, что мы его в «коробочку» берем! А он парень резкий!

– Пусть нас пропускают, а через десять минут едут по домам и ждут команды!

– Ясно, – кивнул Абрикос и тихо заговорил в рацию.

Дальнейший путь они проделали в молчании. Перед съездом с асфальта на нижнюю дорогу «Лендкрузер» съехал на обочину, выключил фары и остановился.

Бойцы выпрыгнули наружу и вытащили из-под спортивных курток автоматы: Абрикос – АКСУ, а Джин – АК-74 с отпиленным прикладом и без дульного тормоза-компенсатора.

– Если всё спокойно – спичку зажжёшь под ореховым деревом на повороте, – сказал Оловянный.

– Я понял, – сказал Абрикос.

Вместе с Джином они зашагали вдоль реки – мимо террас абрикосовых садов на склоне, в сторону поворота на Камры. Почти сразу их фигуры растворились в темноте.