Выпили по полстакана водки, обжигаясь, рвали зубами горячее жестковатое мясо, заедали чесноком… Муха начал мурлыкать блатную песню:

Но оборвал себя на полуслове:

– Эх, мало водки! Душа еще требует!

– Ничего, потерпи, всего сполна получишь! – сказал Карим, хотя это обещание прозвучало довольно двусмысленно. Мончегоров расценил его как угрозу.

– Ладно, заканчивайте, а я пойду, позвоню! – Карим поднялся и направился в штабной домик.

– А я люки позакрываю от греха! – Володя пошел к вездеходу.

– Боится, что ведьмаки тачку угонят! – засмеялся Тайга.

Постепенно все разбрелись, за столом остались только Мончегоров и Рустам. Костер догорел, только угли тлели, отбрасывая по сторонам зловещие красные отблески. Как всегда, налетел гнус, и они то и дело шлепали себя по щекам и телу.

– Интересно, когда медведей боялись, на комаров и внимания не обращали, – сказал Рустам. – Достали эти твари! Неужели они, действительно все понимают?

Иван Степанович пожал плечами.

– Вряд ли… Может, обострены некоторые инстинкты…

– А как же он на Облома поставил засаду? Одними инстинктами тут не обой…

За его головой мелькнуло что-то белое, и Рустам, хрюкнув, упал лицом на стол. Сзади стоял Карнаух, растирая огромный кулак.

– Это тебе не с Тайгой под стволами дружков махаться! – Завернув назад руки оглушенного противника, он стянул их брючным ремнем, быстро ощупал одежду, завладел пистолетом и бросился к вездеходу. Туда же на цыпочках подбежали Тайга с автоматом наперевес и Муха с двустволкой.

Карнаух и Тайга стали у двери водителя, а Муха – у двери в салон, да еще присели, растворившись в темноте. Иван Степанович подивился, как четко и слаженно они действуют.

«Как в кино», – подумал он. Но тут же сообразил, что такая слаженность отработана во время их прошлых уголовных «дел», когда они были шайкой не в условном, а в прямом смысле слова…

Володя с карабином выпрыгнул из водительской двери, и тут же перед ним выросли две фигуры с наведенным оружием.

– Молчи и не дёргайся! Ложи пушку, не доводи до греха!

Водитель замешкался.

– Не вздумай! – предупредил Тайга таким голосом, что у Мончегорова мороз прошел по коже. – Вы суки крученые, только я вас всех кончу и закопаю! Или ведьмакам скормлю! Наклонись и ложи! А потом пистоль!

Володя подчинился. Его поставили на колени, связали запястья веревкой.

Водителя подвели к столу, где Рустам уже начал приходить в себя. Тайга ударом кулака сбил его на землю, достал нож.

– Ну что, поквитаться с тобой? – угрожающе спросил он. – Мы обид не прощаем!

Рустам зло клокочущие засмеялся.

– Босота позорная! Да вы уже, считай, мертвяки!

– Борзой попался! – Тайга ударил его ногой, да так, что внутри что-то екнуло.