Артем не стал разубеждать парня в его уверенности насчет «не догонит». Магическому оператору, каким, по сути, был боевой робот иксоидов, не было нужды физически догонять беглецов, ему достаточно было «произнести умерщвляющее заклинание» либо в крайнем случае телепортировать себя в нужную точку пространства для мгновенного перехвата группы. Почему он этого не сделал, можно было только догадываться. Артем склонен был полагать, что расправиться с ними моллюскору помешал Селим фон Хорст. Но как он это сделал, представить было трудно.

Тоннель снова раздвоился. Очевидно, Червям Угаага ничего не стоило прорыть целую систему подземных ходов в горных породах планеты, так как и у себя на родине они делали то же самое.

Мысль мелькнула и исчезла.

Тоннель круто пошел вверх, к поверхности земли.

Артем ожидал, что он выведет их к «глазу Мраг-Маххура», то есть в пещеру с контуром энергоотсоса, но ошибся. Ход расширился громадной воронкой, и земляне вылетели на белый свет, инстинктивно готовясь открыть стрельбу.

По первому впечатлению это был цирк наподобие лунного — след падения гигантского метеорита. Ровная круглая впадина диаметром около десяти километров, центральная горка, вал выброшенной взрывом почвы, хаос горной страны за этим валом.

Однако после более внимательного осмотра все поняли, что цирк — искусственное сооружение. Взять хотя бы равномерно располагающиеся ребра на внутренней стороне вала, похожие на деления на старинном часовом циферблате. Потом стал виден и прозрачный купол, накрывший «метеоритный кратер», сквозь который свободно проникали лучи двух высоко стоящих светил. И, наконец, горка в центре «кратера», рядом с которой располагалось устье тоннеля, оказалась носовой частью некоего искусственного монолита, похожего на земной ракетный корабль конца двадцать первого века.

— Ракета? — неуверенно проговорил Роман, разглядывая стометровый, гладкий, металлический, светло-коричневого цвета утес. — Смотрите, она ведь в шахте стоит! Точно, ракета!

Артем унял поднявшееся в душе волнение, подлетел к остроносой скале, действительно высовывающейся из шахты, заглянул в десятиметровую щель.

— Кажется, я знаю, что это такое.

— Что? Какой еще ковчег? Старика Ноя, что ли?

— Ковчег Червей.

На Полюсе мы с Селимом встречали почти такой же, разве что он принадлежал гиперптеридам и был почти полностью погружен в болото.

— Неужели он летал? Я имею в виду — что он собой представлял? Космический корабль?

— Селим утверждал, что ковчег выполнял несколько функций, в том числе — родильного дома, представляя своеобразную матку, и транспортного средства.

— То-то у него форма странная — червяка напоминает.

— Практически все корабли негуман повторяют их форму, уж не знаю почему.