Геррера достигла цели: Селене ничто не угрожало. Что бы ни произошло дальше, можно умереть спокойно: никто больше не пострадает от одержимости Форджа. «Все закончится здесь и сейчас», — подумала Нина. Она дернется, убийца спустит курок, и бойцы снаружи ответят тем же.

Фордж собирался убить ее еще двадцать восемь лет назад. Ей было суждено умереть вместе с родителями. Судьба предоставила отсрочку: Нина дважды избежала предначертанного.

Со всей ясностью пришло осознание: она живет взаймы. И вот история подошла к концу.

Злой рок наконец настиг ее.

Что ж, она не зря пожертвует собой. Селена и ее ребенок спасутся, а Терезе не придется хоронить дочь и внучку, как когда-то сестру и прах девочки, которую она считала племянницей.

Для родственников отца и матери Нина чужая. Посторонняя, едва знакомая женщина. Эта мысль избавляла от груза вины за следующий шаг.

— Вперед, — шепнул Фордж, обжигая ей ухо дыханием.

Нина покорно сдвинулась с места. Автоматическая дверь отворилась. На бетонной площадке не оказалось ни души. Если б Нина не знала о спецназе, то не заподозрила бы его присутствие.

Фордж толкнул ее за порог, и связь в наушнике мгновенно восстановилась. Похоже, «глушилка» работала только в здании.

Треск помех сменился чистым сигналом.

— Повторяю: агент Геррера, если слышите меня, топните левой ногой.

Какой же у Бакстона красивый голос! Прежде она и не замечала… Притворившись, будто споткнулась, Нина выполнила просьбу босса.

Фордж выискивал глазами полицейских и толкнул ее вперед, ничего не заметив.

Слова эхом отразились от стен здания и растворились в тишине.

— Станут они давать машину! — Нина презрительно рассмеялась.

— Ну тогда тебе не поздоровится, — пригрозил Фордж и выкрикнул: — Машину к зданию, живо!

Геррера собралась с силами. ФБР не даст ему уйти, а он не отпустит ее. Она в точно такой же ловушке.

И все же разница налицо: Фордж шел на поводу у банального инстинкта, а она выполняла долг. Она — хранительница, защитница невинных. Нина знала: есть вещи, за которые стоит отдать жизнь. А Форджа волновали только собственные нужды и желания. У этого зацикленного на себе существа не было ни друзей, ни семьи, ни рода.

Вопреки жестокости судьбы, Геррера не утратила способности любить, не утратила сострадания. Вот почему она хотела отдать жизнь за Селену и ее ребенка. А еще она научилась быть частью команды и потому защитила Кента от пули на пробежке.

При этом воспоминании в мозгу возникла идея. Сначала Нина собиралась выбить у Форджа пистолет, хотя прекрасно понимала: он успеет спустить курок. В ту же секунду его ликвидировал бы спецназ. Исход неизбежен: они оба умрут.