Я не хочу разжигать между ними войну. Осталось только Марату то же самое внушить, потому что он совершенно не скрывает влечения ко мне и может меня крепко подставить.

— Уверена? — спросил Марк.

— Да, — кивнула утвердительно головой.

— Дай мне номер, я ему еб*ло набью.

Вот чего я боялась — драк и выяснения отношений между Марком и Маратом. Я просто обязана этого не допустить.

— Не трогай его, Марк, — сложила я руки на груди. — Я тебе ответила на твои вопросы. Забудь обо мне. Так вышло, что я могу поделать?

— Когда это случилось? — продолжал он задавать вопросы словно мазохист.

Ведь ему больно слушать ответы на них! А мне неприятно их озвучивать.

— Хватит меня пытать, Марк! — вспыхнула я. — Я больше ничем не обязана тебе. Мы расстались. Избавь меня, пожалуйста, от подобных допросов!

— Значит, ты выбрала его? — горько усмехнулся Марк.

— С чего такие выводы? — оторопела я.

— Ну, раз покрываешь его. Не хочешь давать номер. Переживаешь за своего драгоценного любовничка?

— Я просто не хочу мордобоя, — устало ответила я. — Ты всё узнал, что хотел?

Последней фразой я попросила его на выход. Мне тоже тяжело это обсуждать, хватит с меня.

Я всё ему сказала, толку ходить теперь по кругу боли? Он больше ничего не произнёс. Бросил на меня на прощание взгляд, полный боли, осуждения, разочарования, и вышел за дверь.

Меня опять накрыло прямо в коридоре. Я спустилась по двери вниз, села на пол, закрыла ладонями лицо и разрыдалась. Почему-то мне всегда казалось, что тому, кто предал, намного легче это переносить, чем тому, кого он ранил. Я ошиблась… Больно одинаково. Это лезвие с двух сторон. Ранишь и его, и себя.

___

Очнулась, только когда ключ повернулся в замке, и дверь пихнула меня в спину.

Приехала Люба. Мне пришлось собраться и встать с пола, пропуская в квартиру подругу.

— О, привет, — окинула меня взглядом девушка. — Ты чё — на полу сидела?

— Да, — хлюпнула носом.

Я уже плакала почти час и никак не могла найти утешения и прощения себе.

— Понятно, — вздохнула подруга, ставя пакеты с продуктами на пол. — Идём.

Она повела меня в ванную и открыла воду.

— Ну-ка, — подтолкнула она меня ближе к раковине. — Умывайся, приходи в себя, и пойдем лечить твои раны.

— Чем? — спросила я первое, что пришло в голову, вытирая с глаз смазанную слезами тушь.

— Вином и кальяном, — ответила Люба.

— Кальяном? — немного ожила я.

Курить — не курю, но кальян — моя маленькая слабость и то, что приносит умиротворение. Сегодня он был бы как нельзя кстати. Улыбнулась сама себе: Люба — чудесная подруга. Она всегда выслушает, даст совет и знает, как утешить. Впрочем, когда её Димка снова начинает чудить, мы меняемся ролями, и домашним психотерапевтом уже становлюсь я. Но пока снова выпала очередь Любови.