И тот, кто сейчас сидит в моём животе…

— Ну, что на душе скопилось, девочка? — спросила бабушка Марата, едва мы оказались в её комнате и смотрели зачатки будущего шарфа красивого зелёного цвета из приятной и мягкой, совсем не колкой пряжи. — Маешься ты, я вижу.

— Да, — кивнула я, перебирая в пальцах пряжу, не зная, как произнести вслух то, что задумала сказать. — Я хотела с вами поговорить.

— Я уж поняла, — улыбнулась женщина. — Так говори.

— А Марат вам звонит сейчас? — спросила я.

— Да, — ответила она. — Но редко и мало говорит. Весь в делах. А что?

— Вот и мне так. Я переживать начинаю, — честно призналась я. — Может, он передумал?..

— Что передумал? — изогнула бровь Ольга совсем как Марат.

— Передумал разводиться? Он стал так редко звонить, задерживается… Говорил, что приедет через месяц, а уже шестая неделя пошла.

Не знаю, какой меня сейчас видит Ольга Вячеславовна. Я не говорила ей, что отношения у нас возобновились, и её внук решил подать на развод из-за меня. Но возможно, с ней снова поделился планами Марат?

— Не передумал, — твёрдо ответила она. — Ему нужна только ты, Ангелина. И я тебе об этом давно уже сказала. Просто у него много хлопот, ради вас же и пытается всё решить и вернуться быстрее.

— Он так сказал? — улыбнулась я. Значит, он в самом деле делится личным с бабулей…

— Ну, не сама же я это придумала, — проворчала она. — А почему ты вдруг задумалась об этом так? Что тебя тревожит?



Ольга внимательно вгляделась в меня. Она поняла, что мы вместе, но я не услышала от неё ни слова упрёка, не получила ни одного осуждающего взгляда. Какая же она мудрая и просто любит Марата, желает ему взаимной любви. Любви со мной.

— Я беременна. Снова. От Марата, — призналась я и опустила голову.

Может, она меня и не корит, а я себя корю очень сильно. Как я посмела спать с женатым и забеременеть от него? Стыдно, некрасиво, порочно, неправильно… Но я уже не могу ничего изменить. Я просто люблю.

— Батюшки! — всплеснула она руками, радостно заулыбалась. — Правда? Ты подаришь нашей семье ещё одного чудесного малыша?

— Да, выходит, что подарю… — мямлила я от волнения.

— Какая радость, Линочка! — вдруг обняла меня бабушка Марата как родную. — Красавица ты наша! Маратик упадёт в обморок от счастья, когда узнает. Он тебя так любит, просто ужасно. Ну, хоть одну не просрал, а…

Чувство облегчения затопило сердце. Хоть кто-то в этом мире не против меня, не против нас, не против нашего будущего малыша и Алиски. Слёзы сами собой побежали по щекам.

— Что сделал? — переспросила я растерянно. Его бабушка, конечно, как скажет — хоть стой, хоть падай.

— Не просрал тебя, — не смутившись, пояснила она. — Будешь его четвёртой женой, но первой настоящей.