– Привет, – произношу шепотом после паузы в минут десять, глядя на выгравированные буквы ее имени на мраморной плите.

Там запечатлены и годы ее жизни. Всего двадцать восемь. Так мало. Так рано она решила закончить свою жизнь.

Я сглатываю и вздыхаю. Пар из моего рта оседает на холодных ладонях, в которых я держу букет. Сейчас не принято оставлять на могилах цветы. Даже голограммы. Но я хотел выразить свое внимание. Все-таки я впервые тут.

– Так много хотел тебе сказать, Скай, а приехал, и слова закончились, – опускаюсь на корточки и кладу букет на надгробную плиту. – Мне жаль. Думаю, и тебе тоже было жаль. Думаю, ты хотела остановиться, но зашла слишком далеко. Думаю, что никогда до конца не смогу понять тебя. И поэтому мне жаль. Жаль, что не говорил с тобой. А когда начал, этого было недостаточно. Жаль, что упустил момент и недостаточно поддержал тебя. Жаль, что недостаточно был рядом, и ты одна переживала новость о беременности. Мне жаль, что недостаточно было меня в твоей жизни. Но, знаешь… Я много думал… И я не прощаю тебя. Я имею на это право. Можешь осуждать меня. Хорошо. Но я не прощаю. И у меня на это много причин. Я прошу прощения за себя. За то, что сделал тебе больно. Но я не прошу прощения за то, что ты сделала аборт и не смирилась с этим решением. Не прошу прощения за то, что посадила в свою машину Кендалл и вылетела с ней в залив. Не прошу и за то, что ты убила себя и едва не убила ее. Я не смирюсь и не прощу, потому что знаю, что мы могли бы все пережить. Мы ведь были сильными, рассудительными. Мы бы придумали, как жить дальше. Скай, ты была замечательной. Достойной большего, чем я. За это прости.

Выпрямляюсь на ногах, отряхиваю пальто и наставляю воротник.

Мне пора идти дальше.

Возвращаюсь домой к полуночи. Раздеваюсь, принимаю душ и забираюсь в постель к своей любимой невесте. Кендалл уже спит, но я все равно обнимаю ее сзади и притягиваю за талию к своей груди. Мне хотелось это сделать на протяжении всего дня. Хотелось обнять ее и почувствовать тепло любимого тела. Хотелось выдохнуть и ощутить покой.

– Ты так поздно… – в полудреме шепчет Кендалл и подносит мою руку к губам, чтобы поцеловать тыльную сторону ладони. – Устал?

Скольжу рукой вдоль ее груди к талии и чувствую, как зад Кендалл рефлекторно толкается мне в пах. Едва ощутимо, но этого достаточно, чтобы я понял знак и продолжил. Закрываю глаза и осторожно запускаю руку ей в трусики.

– Бостон… – выдыхает Кендалл, пристраиваясь ко мне плотнее.

– Я хочу тебя, – целую ее в шею и надавливаю пальцами на клитор.

– Я тоже, – слова смешиваются со стоном, когда я медленно проталкиваю палец в ее лоно. Она уже влажная для меня, поэтому я сразу же добавляю и второй палец.

– Что «тоже»? – начинаю подразнивать ее, то выходя, то медленно, не спеша, погружаясь внутрь.