Он резко отстраняется, даже не коснувшись моих губ.

– Черт возьми! – вскакивает на ноги и сжимает пальцами переносицу.

– Что не так? – встаю и я. – Все же было хорошо. Бостон…

– Нет. Я идиот. Тебе пора домой.

– Нет! – хватаю его за руку. – Не хочу домой. Я завтра уезжаю. Мы не увидимся очень долгое время, Бостон. Я не знаю, как смогу без тебя, – не хочу плакать, но проклятущие слезы текут. Я не в силах их остановить.

– Я не тот, кто тебе нужен, Кендалл. Мне двадцать пять, а ты… Ты еще ребенок.

Я плачу. Это все бред. Я не ребенок! И он это прекрасно знает, но настойчиво отвергает меня. Почему? Я ведь люблю его.

Он снова берет меня за руку, но я вырываюсь.

– Пошел к черту! Зачем ты так со мной? Ты же видишь, что я к тебе чувствую!

– Кендалл… – Бостон предпринимает очередную попытку взять меня за руку, но я отмахиваюсь.

– Скажешь, что я слишком маленькая для чувств?

– Черт… Я сам виноват, – он сжимает руками лицо и отходит в сторону.

– Да, ты виноват! Ты! В том, что я влюбилась в тебя еще девочкой. Но разве ты не видишь, что я уже давно не она? Я не девочка. Я не ребенок, Бостон. Прекрати отрицать очевидные вещи!

– Хватит, – выдыхает он и теперь говорит слишком серьезно. – Едем домой.

– Бостон… – каждая буква пропитана моей мольбой.

Я не хочу уходить. Не хочу оставлять его. Не хочу оставлять все так. Мне нужна правда. Нужно то, что в его сердце.

Но Бостон выходит из контейнера, из места, которое, по его словам, лечит.

Видимо, только не меня. Или я совсем другая, раз вместо лечения обрела здесь первую рану.

Она задает тот вопрос, который раньше задавал я, тайком похищая ее из родительского дома.

Я не должен был этого делать, но Кендалл всегда провоцировала меня на запретные вещи. И ей даже не нужно было ничего говорить. Я возвращался в Бостон и просто знал, что она ждет меня. И мне срывало крышу. Я готов был похитить ее даже из крепости, только бы провести с ней наедине как можно больше времени. Нам всегда было очень хорошо вместе. Даже без слов. И в тех далеких поездках, которых раньше было очень много, я мечтал лишь об одном – вернуться и украсть ее, усадить в свою машину и говорить ночь напролет.

Я рассказывал ей все, даже занудные детали о встречах с инвесторами, а она завороженно слушала. А потом рассказывала мне, как однажды покорит этот мир. И она покорила. Гигантские 3D-голограммы и анимированные постеры точеной фигуры и прекрасного лица Кендалл Фрай заполонили всю Землю. Она сорвала свою звезду. Она стала звездой, которую обожают миллионы. Все это время я следил за ней, зная, что она не ответит. Я смирился. Как и смирился с тем, что все данные в юности обещания – чушь. Она забыла их. Она ветер.