– Не найдется ли у вас чего-нибудь попроще? – обратился Джозеф к продавцу. – Что ты делаешь? – добавил он, глядя на Глэдис, в то время как продавец отошел к стеклянному шкафу. Она ерзала на стуле, пытаясь натянуть на колени короткую юбку.

– Я не привыкла демонстрировать ноги, – вспыхнула Глэдис.

– Они у тебя очень красивые, и тебе незачем постоянно их прятать.

Она смущенно улыбнулась. В этот момент вернулся продавец, неся небольшой, обитый черным бархатом стенд с самыми изысканными кольцами, и она порадовалась, что может наклониться над ними и спрятать свое лицо.

– Вот. – Джозеф протянул Глэдис кольцо, которое украшал ряд небольших бриллиантов, оправленных в белое золото. Простота кольца подчеркивала изящество камней.

– Какое красивое! – восхищенно заметила она. Кольцо отлично подошло, словно специально было сделано для нее. Если бы только оно символизировало собою любовь!

– Берем! – решил Джозеф, посмотрев в лицо Глэдис. Голос его прозвучал как-то странно.

Она подняла голову и увидела, что оба – Джозеф и продавец – наблюдают за ней; продавец, казалось, ожидал от невесты проявления благодарности к жениху.

Джозеф лукаво улыбался – он явно желал, чтобы Глэдис начала играть свою роль.

Что в подобном случае сказала бы настоящая невеста?

– Спасибо! – произнесла Глэдис слегка охрипшим голосом, потянулась к Джозефу и поцеловала его в щеку.

Придержав лицо Глэдис, чтобы она не успела отстраниться, он прижался губами к ее губам, и на мгновение у нее возникло ощущение, что игра прекратилась и все происходит по-настоящему. Поцелуй был таким нежным, что, когда Джозеф отодвинулся, на ее глазах заблестели слезы.

Когда Глэдис наконец оказалась дома, ее взгляд то и дело притягивало сверкание бриллиантов на пальце.

Домой ее отправил Джозеф.

– Переоденься и возвращайся в банк к шести часам вечера, – велел он, усаживая ее в такси и укладывая свертки на заднее сиденье. – Из банка мы сразу отправимся на коктейль. – И ушел, даже не обернувшись.

Сдавленным от обиды голосом Глэдис назвала водителю адрес. Откинувшись на спинку сиденья, она подумала, что ничего иного ожидать и не следовало. Джозеф вовсе не обязан целовать ее на прощание.

Войдя в квартиру, Глэдис бросила свертки на кровать и отправилась на кухню приготовить себе чашку чаю.

Пока чайник закипал, она размышляла о звонке Мелинды, заставившем ее принять неожиданное решение. Беда заключалась в том, что осуществить его оказалось труднее, чем она предполагала. И у нее все больше усиливалось подозрение, что дальше станет еще хуже.

Зачем Джозефу понадобилось целовать меня? – вздохнула Глэдис, вынимая из чашки пакетик с заваркой. Перед ее глазами снова сверкнули бриллианты, напоминая, что отказаться от сделки уже невозможно.