— Да, точно, дочь министра финансов, в перевороте не участвовал и был оправдан, но с должности снят, точно. — И как она? — спросил Ксеофан, даже не подозревая какая буря эмоций сейчас бушует в душе племянника.

— Да, ты прав, — тянул время Ксадас, просчитывая, что можно сказать дяде, а что лучше пока скрыть, — лорд Лионар Иворский был оправдан, но должности лишён. С учётом того, какое положение он занимал, мне показалась очень странной информация, что он банкрот. Да не смотри на меня так, дядя, я не шучу. Тут явно не все чисто и я решил, что будет лучше разыграть эту карту — женившись. Долги я выкупил, Мариса в безопасности…

— Подожди, женился-то зачем? Подруге детства и так мог бы помочь, — резонно заметил Император. — Ну ладно девчонка, верю, что может быть в тебя влюблена, но тебе-то это зачем?

Ксадас не успел ответить, император вскочил и зашагал по кабинету, меря его шагами. Плохой знак, очень плохой.

— Ксадас, ты ополоумел? Ты совсем мозги растерял или пропил, играя золотого мальчика? Ведь заговорщикам ты нужен холостой! Ты, идиот, не помог девушке, ты её подставил! — пол и стены стали покрываться инеем, а это значило только одно, Ксеофан зол настолько, что не контролирует свою магию.

— Дядя, успокойся, недавно тут ремонт делал, что, опять не нравится отделка? — ехидный тон, как ни странно, подействовал отрезвляюще и осмотрев комнату, ледяной ифрит призвал силу к порядку.

— Со свадьбой я сглупил, каюсь, — покачав головой произнёс Ксадас, — но на тот момент мне это показалось хорошей идеей, — и он не лукавил, но вспомнить от чего такая мысль пришла ему в голову, тоже не мог.

— Хорошей? И чем, поведай мне? Я, может, тоже проникнусь, — наливая себе новый бокал вина, с ехидной усмешкой возразил император.

Я проснулась с ощущением покоя на душе, лежала на жёстком топчане, улыбалась и разглядывала как солнечные зайчики устроили игры в догонялки на потолке кибитки, в которую мне ночью помогла перейти старая волчица.

— Кончай прикидываться трупом, выбирайся, — альфа все пыталась заставить меня встать самостоятельно, но ничего не получалось. Тогда, хрупкая на вид женщина, легко вздёрнула мою тушку, помогая выбраться.

Тело закололо иголочками, а ног я вообще не чувствовала и поэтому чуть не упала, привалившись к ящику в котором провела последние сутки, неуклюже пытаясь растереть руки и ноги. Альфа внимательно меня рассматривала и наконец резюмировала:

— Ничего, тело отойдёт и будешь как новенькая, а сейчас пойдём, поедим. Да и спать ляжем нормально, все устали, надо отдохнуть после дня полного тревог и ночи гонки по земле твоего мужа, — вздрогнув, я с испугом посмотрела на женщину. — А ты думала никто не понял кто ты? Расскажешь все завтра, а сейчас надо хоть что-то перекусить и отдохнуть.