До нас осколки не должны долететь, поэтому как бросили – так и бегом за мной. Пулеметчики, по площадкам тех двух башен даете по очереди, чтобы они пригнулись. Маша, сразу щит! И не растягиваться! Все ясно? А что тут может быть неясно. Наше плачевное положение каждому видно, тут и к гадалке ходить не надо, чтобы уяснить, чем для нас все это может закончиться. Только скорость нас спасти может, ничего больше.

– Внимание! По моей команде… Приготовить гранаты… Балин, по двери – огонь! Гранатами – огонь!

Гулко бухнул «фауст», закрыв нас облаком вонючего дыма, а через секунду в башне гулко рвануло.

Не промахнулся, гномы вообще с любым оружием быстро осваиваются. Чуть приподнявшись над зубцами, я со всего маху швырнул одну за другой две «толкушки» в крепостной двор, затем бегло обстрелял вершину одной из башен, откуда в нашу сторону постреливали, заставив пригнуться тех, кто там засел, и, призвав всех богов удачи, бросился вперед, увидев, как слева от нас образовалась призрачная выпуклая линза – Маша все же чуть сэкономила силы, не стала творить полусферу.

Наш отчаянный топот по отесанным камням был перекрыт настоящей очередью взрывов в крепостном дворе.

По боевым ходам стен сверкнула цепочка дульных вспышек, щит загудел под ударами пуль. Две чушки из «Фаустов» сменили от него направление и разлетелись в разные стороны, взорвавшись на стенах. А мы с дикими криками неслись по боевому ходу.

Вход в башню окутан вонючим, едким дымом, едва влетев внутрь, я снова закашлялся, но успел оглядеться. У дальней стены умирал тяжелораненый дружинник, с которого Лари сразу сорвала подсумок с магазинами, а больше никого не было. Бой башни тоже был пуст, это я помнил, а вот ниже должен быть каземат.

И ждать некогда! Ни секунды нельзя потерять, пока враг не понял, что мы делаем.

Дверь напротив заперта, но ее и сломать могут, зайти со стороны другой башни. Так ее бросать нельзя.

– Маша, двери запечатай! – громко прошептал я. – Но как-нибудь экономно, все силы не трать. По минимуму.

Она лишь кивнула и сжала в кулачке свой амулет, который теперь работал у нее как аккумулятор Силы. Я почувствовал, как от нее пошла прохладная волна волшбы. Ладно, не до этого мне! Карабин за плечо, «сорок четвертый» из кобуры, чтобы вторую руку освободить, и гранату вниз, по ступенькам.

И приготовился к рывку, как бегун на стадионе.

Грохот снизу, облако дыма, а я уже летел через три ступеньки по лестнице, вкатился, падая на колено и обводя револьвером пространство вокруг себя. Камуфляжный сюркот попал на мушку – выстрел, вспышка, дружинника отшвырнуло на стену с такой силой, что шлем слетал с головы, еще один убитый лежит у стены, а еще один, третий, метнулся за станину крепостного пулемета, целясь в меня из карабина.