— Побудь с ней, я сейчас приду, — вместо ответа поднялась Тоня.

Выйдя за пределы мягкой зоны, модельной походкой двинулась в направлении туалетов.

Пили мы на равных. Сначала шампанское — за знакомство, затем перешли на ликеры, добавляя в них лед. Та бутылка, что сейчас стояла на столе, была третьей. По мне, так лишней.

Но Светлана, казалось, наслаждалась не только процессом, но и своим состоянием. А вот Тоня…

Будь она целителем, я сказала бы, что она использует магему. А так могла лишь предположить наличие амулета.

Нет, трезвой ее не назовешь: слегка нарушенная координация, несколько более порывистые жесты, но это если не смотреть ей в глаза. Они были холодными и чистыми.

Пока Тони не было, я немного перекусила. Шоколад, фрукты, сыр. На столе ничего больше не было, но лучше так, чем совсем не закусывая.

Светлана действительно отрубилась. Отставила стакан, сладко зевнула и буквально упала на диван, тут же уснув.

Ничего подобного на том пикнике я не заметила. Спиртное там было, но Светлана алкоголем не злоупотребляла. Скорее наоборот. Специально я за ней, конечно, не следила, но то, что, когда я уходила, Светлана была трезвой, помнила точно.

Тоня вернулась минут через пятнадцать. Подойдя к Светлане, подложила ей под голову подушку, подняла ноги на диван.

Мысленно укорив себя — не подумала, я откинулась на спинку.

Пить уже не хотелось, но, судя по всему, Тоня в отношении меня была настроена решительно.

— Не хочешь потанцевать? — вопреки ожиданиям, кивнула она на танцпол.

Только что закончился короткий перерыв, народ повалил слегка растрястись.

— Не знаю, — искренне ответила я.

С одной стороны хотелось, чтобы быстрее все закончилось, с другой…

Признаться честно, чем дальше, тем становилось страшнее. Словно я теряла контроль над ситуацией.

Имелись ли для этого объективные причины?

С тех пор как спустилась с галереи, никого из ребят я не видела. Даже мельком. И от этого появлялись нехорошие предчувствия. Как будто меня бросили, оставив с этой проблемой один на один.

Я твердо знала, что этого не может быть, но все равно беспокоилась.

К поимке маньячек меня Реваз с Андреем точно не готовили. Да если бы и готовили… Я — целительница. Там, где требовалось оказывать помощь больным, чувствовала себя значительно увереннее, чем здесь.

— Сходи, — пресекая мои душевные терзания, едва ли не требовательно произнесла Тоня. — Только не уходи далеко. Хочу посмотреть, как ты двигаешься.

Я пожала плечом. Потом поднялась.

Рюкзачок оставила на диване. Специально. Если залезет в телефон, ничего интересного для себя не найдет. В памяти только один номер — Андрея. А в истории — пусто, если не считать звонка, свидетельницей которого она стала.

До танцпола я дошла не без труда.