Все то время, что о ней не было слышно, она провела в клинике.

— Места надо знать, — несколько грубовато перебил Илью Трубецкой. — Лично меня больше интересует Ушакова.

Меня она, конечно, тоже интересовала, но…

— Вы как хотите, а лично я хочу спать, — свернула я разговор. — Мне, как и некоторым из присутствующих, вставать в шесть часов.

— Понял, — сдаваясь, поднял руки тезка. — Барышни идут отдыхать, а мы…

— А лично вам, — вновь повторила я ту же форму, — завтра подрабатывать водителем, оберегая ценный ресурс от всяких там посягательств.

Шутка звучала незамысловато, однако обстановку немного разрядила.

Не знаю, как остальные, я была этому только рада. Еще бы позвонил Андрей, чтобы я совсем успокоилась.

Но Андрей не звонил. А я почему-то беспокоилась за него не меньше, чем за отца с Ревазом.

Третий день работы. Моя смена подходила к концу.

Как ни странно, я этому не радовалась. Здесь все было предельно ясно и понятно. Есть обязанности, которые ты должен выполнить. А все остальное шло фоном. Все эти симпатии и антипатии… Будучи подростком, воспринимала иначе, теперь же осознала, что выстроенные ранее схемы взаимоотношений отступали на второй план, когда дело доходило до главного — человеческой жизни и здоровья.

Так что этим трем дням я была благодарна. Чтобы повзрослеть, нужно не только научиться обуздывать собственные желания и иначе смотреть на мир, но и признать, что опыт без ошибок практически невозможен.

Именно они толкали нас вперед, заставляя меняться. Увы, не всегда в лучшую сторону.

Есть философский настрой мне не мешал. Слушать сидевшего напротив Романа Сергеевича — того самого хирурга, которого я, пусть и на время, собиралась оставить бесплодным, тоже.

А говорил он интересные вещи. Но — неприятные:

— Несмотря на ваши таланты, ему не разрешат жениться на вас.

— Кому? — отреагировала я непонимающим взглядом.

Кстати, Роман Сергеевич оказался нормальным человеком. По крайней мере, своим привилегированным положением он не кичился.

— Княжичу, — улыбнувшись, пододвинул он мне стакан с компотом. Свой я уже допила, а за добавкой идти было откровенно лень.

— Какому? — даже растерялась я.

— Трубецкому, — хмыкнул хирург. Похоже, мое изумление его позабавило.

А я едва не хлопнула себя по лбу. Это для меня младший Трубецкой был младшим Трубецким или тезкой, для всех остальных Александр являлся наследником княжеского рода.

Нюанс, о котором я забыла. Да и стоило ли помнить?! Замуж за него я точно не собиралась.

— Вы неправильно все поняли, — вздохнула я. — Он за мной вроде как присматривает.

Роман Сергеевич только рассмеялся.

А я повторила фразу и… засмеялась тоже. Это «присматривает» выглядело как ухаживание.

— Профессор Соколов взял меня помощницей.