— Поговорить с тобой хотел.

Иду телком вслед за директором.

— Слышал, тебя в партию хотят рекомендовать. Читай, — директор кинул мне газету «Правда» от второго ноября. — Это новый устав. Вернее, изменения в старом.

— Устав коммунистической партии (с предлагаемыми изменениями), — вслух читаю первую страницу я. — Не читал, не было времени, а что там?

— В партию принимаются лица, достигшие 18 лет. Молодежь до 25 лет вступает в партию лишь через ВЛКСМ. Раньше было до 23. Но основное для тебя не поменялось.

— Да что не так? — не понимаю я. — Три рекомендации от членов партии, которые меня должны знать не менее года, и имеют стаж не менее пяти лет, ну и рекомендации комсомольских организаций, начиная с районной, можно и городской.

— Основные изменения в уставе касаются как раз процедуры приёма в партию, который теперь должен будет проводиться на открытых партийных собраниях с учётом мнения беспартийных. Будут расширены обязанности членов КПСС, которые отныне будут отчитываться за любой свой проступок и отвечать перед первичными партийными организациями, полномочия которых расширили, — пояснил Ким, закурив сигарету, а курил он редко. — Но у тебя другая проблема — две трети голосов нужно тебе набрать в первичке КПСС.

— Ну? — не понимал я.

— Проблемы у тебя будут, Толя. Первичная организация КПСС у нас в школе состоит из пяти человек и двое точно против тебя будут. А надо две трети голосов! — пояснил Ким. — Меня Капелько попросил помочь, я всё продумал, как тебе надо поступить.

— Кто против? — удивился я. — У меня и врагов-то нет!

— Учитель физики и учитель математики — это два члена КПСС наших, и обоих ты откровенно кинул с олимпиадами. А люди прошлый год за тебя премии получили, благодарности. И в этом году брали на себя обязательства на 1986 год, ведь ты и в КЛШ ездил. Рассчитывали, а ты даже в районных олимпиадах не участвуешь.

— Некогда, вы же знаете! — пожаловался я.

— Время есть ещё отличиться, поговори с ними, скажи, что в этом году не успел по объективным причинам, а в следующем, то есть 87-м, точно поедешь на краевую олимпиаду.

— Попытаюсь, — поправил я. — Но вообще, все понятно — год кандидатом, да это же ещё не скоро!

— Эх, молодежь! Полгода — это скоро, поверь, время пролетит махом, — с ностальгией сказал директор. — А вообще, кандидат в 18 лет — это, скажу тебе,… очень редко.

— Что там у тебя с практиканткой? — под конец спросил директор.

— Опоздал, в Академе ночевал, автобусы не ходят — гололёд, — пояснил я.

Нам, конечно, запрещено ночевать вне общежития, и это правило для всех учащихся, обязанности у всех равные. Но я — то животное, которое равнее всех остальных.

Ким лично завел меня в класс, возражений, конечно, не последовало. Деваха в отместку вызвала меня к доске рассказать решение домашнего задания.