По справедливости, Франция должна быть первой из мировых держав. И самой богатой. Так что… нет, не будет он поддерживать Леопольда. Лучше выделит деньги на армию и флот. Тот больше в хозяйстве пригодится.

– Соня, ты уверена, что стоит поддерживать этого Монмута?

– Его – не стоит, – согласилась Софья, покачивая носком туфельки. – Да и не так у нас много денег и сил, чтобы их отдавать такому… наглецу.

– Смазливый сопляк. Особенно ничего не представляет, но обаятелен – не отнимешь. Потому и легко находит сторонников. Это у него в отца.

– Которого? – уточнил Ваня.

– Карла. Он – его сын.

– Люси Уолтер спала со многими.

– Карл – отец Монмута, – спокойно повторила Софья. – Я знаю.

И скромно умолчала, что знала-то это из своего, двадцать первого века. Когда провели генетическую экспертизу и доказали родство Джеймса со Стюартами.

Мужчины переглянулись. Софья обычно отвечала за свои знания, что есть – то есть.

– Людовик не поддержит Монмута, ему выгодна смута в Англии, но к Якову и Карлу он неплохо относится. Так что в драку не полезет. Но Монмут и сам справится.

– Уверена. А мы пока поддержим кого поинтереснее. Есть ведь и уэльсцы, и шотландцы, и ирландцы… Давно их островок со всех четырех концов не полыхал. А пока им будет весело и не скучно, Хуан под шумок захватит большую часть их колоний.

– А мы с этого что получим? – прищурился Алексей.

– Перспективу. Думаю, Князь морей поделиться не откажется. Сначала в малом, а потом и в большом. Ну что такое? Держава громадная, а колоний – шиш?! Я так не согласна. Прирастать надо, мальчики, прирастать!

Ни Алексей, ни Иван и не спорили. Дело нужное. А если еще и чужими руками, ну, почти чужими…

– Мы обеспечим беспорядки в Англии, а дон Хуан прижмет их на море. Почему бы нет… А Людовик?

– С ним мы пока ничего поделать не сможем. Надо будет делиться, – Софья развела руками.

Думала она об устранении Людовика, думала. Остановило одно – невыгодно. Кто сказал, что с его наследником договориться легче? Парень ведь неглуп, просто сейчас отцом придавлен до состояния тряпочки под плинтусом. А если выберется? Да крылышки расправит?

Сколько она ни напрягала память, но так и не вспомнила, какой из Людовиков был казнен на гильотине. Шестнадцатый? Восемнадцатый?

Она не помнила. Вот мушкетеры точно геройствовали при Тринадцатом, а потом?

– Соня, а денег у нас хватит?

– Умеренно, но должно хватить. Правда, про театр извольте забыть.

Софья невольно вздохнула.

Театр ей хотелось. Большой, красивый, каменный… Сейчас было время и на искусство. А вот денег – не было.

– Соня, или театр – или дороги. Выбирай.

– Отложим театр лет на пять – ничего с ним не будет. – Алексей почтения к Терпсихоре и Мельпомене не испытывал. – Турки еще…

– Да, турки меня беспокоят.