Я вспомнила метод лечения, потому что он вызывал приступы веселья у молодых медсестер, которые с благоговейным ужасом изучали иллюстрации, помещенные в тексте.

— Кроме хирургии, известны два способа лечения. Можно ввести металлический стержень через пенис в мочевой пузырь и таким образом открыть уретру. — Я проткнула указательным пальцем суженное кольцо. — Или массировать саму простату, чтобы уменьшить опухоль. Через прямую кишку, — беспомощно добавила я.

Я услышала рядом с тобой легкое покашливание и посмотрела на Джейми. Его глаза все еще были устремлены на тарелку, но лицо и шею до самого воротника рубашки заливал багровый румянец. Покраснели даже кончики ушей. Он слегка дрожал. Я обвела взглядом сидящих за столом. Все с изумлением смотрели на меня. На лицах леди Фрэнсис, Элин и других женщин было самое разное выражение — от любопытства до отвращения. Во взглядах мужчин читался безграничный ужас.

Исключением из этой общей картины был сам лорд Ловат, который, прикрыв глаза, задумчиво потирал подбородок.

— Ммфм… — произнес он. — Или прут в кукан, или палец в задницу, так?

— Лучше два или три, — сказала я. — Попеременно.

Я улыбнулась ему скромно и сдержанно.

На губах лорда Ловата появилась легкая улыбка. Он медленно поднял свой взгляд, и его глубоко посаженные глаза впились в мои руки с выражением вызова и насмешки.

— Это звучит… обнадеживающе, — задумчиво сказал он.

Быстрые глаза оценивающе скользнули по моим рукам.

— У тебя красивые руки, моя дорогая, — заметил он. — Хорошо ухоженные и с длинными белыми тонкими пальцами.

Джейми с грохотом положил руки на стол и встал.

— Если ты нуждаешься в таких услугах, дед, я сделаю это сам.

Он распростер на столешнице крупные тяжелые ладони с длинными пальцами — каждый в диаметре равен диаметру дула пистолета.

— Мне не очень приятно запускать свои пальцы в твою старую волосатую задницу, — сообщил он деду, — но, я думаю, мой родственный долг повелевает спасти тебя от разрыва мочевого пузыря.

Фрэнсис что-то пропищала.

Лорд Ловат неприязненно посмотрел на внука и медленно поднялся со своего места.

— Не утруждай себя, — бросил он. — Это сделает одна из служанок.

Он махнул рукой в знак того, что мы можем продолжать, и покинул зал, бросив выразительный взгляд на молоденькую служанку, вошедшую с блюдом нарезанного на куски мяса фазана. Широко открыв глаза, она повернулась и последовала за ним.

Над столом повисло гробовое молчание. Молодой Саймон посмотрел на меня и открыл было рот, но, взглянув на Джейми, снова закрыл его, громко прочистил горло и сказал:

— Передай мне, пожалуйста, соль.