Да, она действительно играла роль Золушки в этой дурацкой семье, и никто из ее родственников не знал, чем на самом деле занимается тихая очаровательная Анечка, несколько лет уже живущая отдельно в небольшой квартире где-то в Пристанском районе.

Черри проводил блондинку ошалевшим взглядом, все еще чувствуя ее пальцы на своем животе, и потащился в машину к отцу. Девушке он, конечно же, перезвонил, и они перебрасывались смсками почти всю ночь. Она действительно заехала за ним на своем авто и, постоянно подкалывая и касаясь там, где ей не следовало этого делать – из-за ее внезапных прикосновений Черри слишком напрягался – повезла парня на «Крэш Бум».

Там она, пребывая в образе миленькой гламурной, но очень нежной блондинки, все больше и больше сводила Сашу с ума. Анюта явно умела играть с мужчинами, и у нее это отлично получалось. Наверное, едва ли не в первые в жизни Черри чувствовал себя на месте всех тех девчонок, которых соблазнял."

"А вот Смерч этой же ночью точно убедился, что его Маша тоже может быть настоящей женщиной и играть с ним ничуть не хуже, чем… чем большинство девушек, что у него были до нее. А, может, быть, свою роль играли и те факторы, что он просто очень сильно – действительно, сильно, любил свою подругу.

Ну, или как говорила ему сама Бурундучок, щекоча его под подбородком и смеясь: «Просто у тебя давно никого не было. Короче, ты как оголодавший человек, которому через пять дней голода даже кусок черного хлеба покажется супервкусным!». Как бы то ни было, эту ночь Смерч провел так, как давно мечтал, хотя по началу даже и не надеялся на такое чудо.

Он и Мария, как и хотели, приехали на вечеринку, устраиваемую шебутным Черри, только вот надолго они в гостях у него не задержались.

Сначала эти двое убежали подальше от всех во вторую, малую, гостиную, где сидели на узком диванчике, явно не в силах отлипнуть друг от друга. Легкая и прозрачная, как дуновение июльского горного ветра, нежность как-то очень гармонично переплеталась вокруг них со страстью, похожей на светло-красный кристалл, который все больше и больше алел.

– Может, все же поедем ко мне? – прошептал Дэн Маше, которая умудрилась сесть к нему на колени и так взлохматить ему волосы, что он стал похож на лохматое, по ее словам, чудо.

Чудо это к тому же неровно дышало и изредка привычно кусало себя за запястье.

– Нет, не поедем, – хитро улыбнулась Чип, осторожно проводя пальцами по его шее – ящерка все-таки волшебным образом манила.

– Тогда слезай, – велел ей парень.

– Чего вдруг? – было очень уютно у него на коленях девушке.

– Слезай-слезай, и пойдем ко всем.

– Но почему, – заныла Маша.

– Давай-давай, слезай, – велел ей вновь Смерч.

– Нет.

– Ты же не хочешь, чтобы я сел в тюрьму по статье 131. – Слабо улыбнулся парень.