Я изменил свою вальяжную посадку выпрямившись, приосанившись и придвинувшись ближе к столу.

— Если я правильно понял, то вы все намекаете мне на подготовку Рунного Воинства? — заговорил я нарочито серьёзно.

— Есть такая надежда, — Рафаэль ответил за всех и снискал поддержку.

— Х-м, м-мда. Мне так и хочется привести в пример слова своих дедов, — я чуть ухмыльнулся, но лишь краешками губ.

— Пф-ф! — Скарлет в очередной раз дунула на непослушный локон. — Так приводи, никто не против!

— Хорошо, — я принял образ философа. — Надежда, многоуважаемые дамы и господа? — я отрицательно мотнул головой. — Хе-х, не-е-т — это не есть стратегия победы!

— А что есть стратегия победы? — предсказуемо спросила таёжная Амазонка.

— Процитирую ответ доходчиво и внятно, — я воззрился в потолок, лихо вздёрнув подбородок. — Стратегия победы — это есть детальная проработка оборонительных и наступательных операций, с максимальным предвидением возможных провалов, и своевременное планирование обходных манёвров. А что касается школы? Хе-х! — я довольно прищурился, создав выражение интригана с примесью авантюризма. — Надеюсь, что благодаря стараниям господ Витаса с Тристаном-Алимом, у меня уже нарабатывается соответствующая база в Клубах Юннатов!

— Дык, баре, во-о-она оно, как получается! — неожиданно протянул не кто-нибудь, а наш здоровяк Борислав, он же Барри. — А мы эдак, давеча, всё гадали с Остапием, про што это наш благодетель о мелюзге дворовой мается… Эт — ба-а-а-за! — он поднял вверх руку и оттопырил указательный палец, одарив присутствующих взглядом Победоносца.

Его простецкое и слегка наивное поведение внесло в атмосферу разрядку, и все улыбнулись. Кто-то откровенно, а некоторые чуть сдержаннее. Но это возымело хороший эффект.

— Да чего напраслину в ступе толочь? — я решил перейти к конкретике. — Найду среди молодёжи незамутнённые интригами мозги, подберу несколько смышлёных парней и девчонок с сибирским характером, в точности, как у баронессочки Скарлет, которых и сделаю своими воспитанниками… Воспитанниками школы… Студентами заведения… Учениками… от же-ж, а? — я испытал затруднение, не имея должного представления, как же мне правильно обозвать это новое начинание. — Чего? — я опустил взгляд с потолка, куда периодически воззревал, витая в смелых фантазиях, и вопрошающе уставился на соратников.

Мою вынужденную заминку правильно истолковали.

— Феликс, назови всё просто, — первым советчиком отважился стать Иван Годунов. — Школа Берсерка — как раз подойдёт!

После его предложения раздался протяжённый шквал рукоплесканий. Причём, рукоплещут не только мои друзья и новые товарищи аристократы, а и прислуга Северного Замка.