— Ты ведёшь нас к погибели.

— Умрут многие, да, — не стал отрицать я, — но без меня вас умрёт ещё больше, если не все.

— Это Боги, Ка́лин был прав. Они покарали нас за твоё поведение.

— Боги здесь ни при чём, старик. На вас напали люди, может, и не такие, как вы, но это люди, в их венах течёт кровь и они так же смертны.

— Откуда ты знаешь? Кара пришла с небес, мы видели её своими глазами.

— Эта кара называется осколочно-фугасный снаряд, который выпускают машины.

— Ты произносишь странные слова, чужак.

— Моё имя Безликий, — сухо посмотрел я в глаза старика, и тот вздрогнул.

— Твои глаза… Я очень боюсь, когда ты так смотришь.

— А ты не провоцируй, и всё будет в порядке. Расскажи мне о ваших богах?

— Они следят за порядком, помогают нам, когда мы об этом просим. Взамен требуют лишь подношений, и чтобы мы жили в мире и согласии.

— Как ты и я, — пожал плечами старик, — но они всемогущи.

— С чего ты так решил?

— Потому что я видел, на что они способны. Однажды, там, где я родился, случилась беда. Братья устроили драку между собой, и один из них умер. Тогда Боги покарали всех жителей, они сожгли деревню дотла.

— Это было похоже на то, что произошло сегодня? — на всякий случай уточнил я.

— Нет. В тот день Боги вошли в деревню, они жгли всех и всё, что попадалось им на пути. Тем, кто выжил, они сказали: если такое повторится, кара настигнет всех людей.

— Больше похоже на легенду, — не выдержала Лема. — Я не верю, что ты лично всё это видел.

— Я видел то, что осталось от моего дома и отца.

— Так, может, это был обыкновенный пожар? — предположила она.

— Нет, приходили Боги, я это знаю. Они оставили нам послание — правила, по которым нужно жить. Многие их не помнили, не хотели учить, считали сказкой. В том числе и я. Я тоже спорил с родителями, но учения знал. Так вот, Боги повторили их слово в слово.

— Ты видел их после?

— Нет, что ты?! — замахал руками старик. — Кто я такой, чтобы смотреть на Богов. На это способны лишь избранные, жрецы. Эти люди посвящают свою жизнь на услужение Богам.

— Жрецы, Боги, не знаю, кто угодно из них?

— Вечером жрецы забирают подношения. Сейчас в храме только те, кто просит помощи и приносит дары.

— Ладно, разберёмся с вашими богами.

— Так что вы собираетесь делать? Ты так и не ответил, Безликий.

— Мы будем учить вас убивать, — спокойно ответил я. — Только так у вас будет хоть какой-то шанс выжить. Иначе вас уничтожат, а тех, кому не повезёт остаться в живых, сделают рабами.

Спустя пару часов канонады взрывов прекратились, преследователей пока не было видно, хоть я и не отправлял людей в тыловой дозор. Во-первых, некого, а во-вторых, я очень надеялся, что до наступления полуночи Кетта больше не предпримет активных действий.