— Он искал древние технологии определённого типа и кое-что нашёл. Шесть храмов, выставленные в круг, на абсолютно одинаковом расстоянии, чётко по центру ещё какое-то строение. В общем, он думает, что именно это ищет Кетта.

— Это всё? — поморщился я, уже досадуя о зря потраченном времени.

— Нет, он мне карту нарисовал, объяснил, как к этому месту выйти. Сказал, что это очень важно, и я обязан выжить любой ценой, чтобы донести эту информацию госпоже.

— Перескажи всё Мышу под карандаш. Карту тоже зарисуйте. Уверен, что он больше ничего не знает?

— Нет, какие-то догадки и гипотезы есть, но мы и без того их уже проработали. Вы были правы, шпионов Кетта подсаживала небольшими партиями, по одному-два человека, и у каждого из них своя задача. О том, что происходит во внешнем мире, он не знает ничего, так как все это время заперт здесь вместе с нами.

— Ясно, — кивнул я. — Запишите всё слово в слово, как он говорил, пока ещё память свежа.

— Есть, Великий, — снова отбил поклон тот и отправился выполнять приказ.

Я же неспешной походкой дошёл до комнаты допроса и некоторое время наблюдал за пленником. Но ничего интересного не увидел. К тому же каких действий можно ожидать от связанного человека. Он и сам уже понял всю безвыходность ситуации и судя по ровным потокам, что непрерывно протекали в его организме — уснул.

— Будить каждые пятнадцать минут, — строго приказал я конвойным.

— Да, Великий, — поклонился один из них, а второй смекнул, что, видимо, уже пора и скинул задвижку.

Несколько приличных пинков прервали сон Константина, а я, пребывая в раздумьях, отправился домой.

Шесть храмов и какое-то строение посередине. Что это может быть? Неужели нам удалось отыскать то, что так необходимо Кетте? Даже если так, то теперь предстоит в этом разобраться и главное — как-то защитить, не дать ей возможность подобраться близко. Она наверняка в курсе, каким образом всё это работает. Может быть, попытаться разрушить храмы? Но ведь может так статься, что они вовсе ни при чём, просто красивые здания, а само оборудование где-то под ними. А храмы это, скорее, некие маячки, подсказки. Барельефы на них часто выглядят как инструкция в картинках. Это в моём мире им ищут косвенные объяснения, потому как исходят из теории, что древние были крайне примитивны. Но я-то знаю, на что они способны и какими технологиями обладают по сей день. А потому на многие изображения на стенах, так называемых «храмов» смотрю иначе, в большинстве случаев — буквально трактуя. Хотя, даже мне очень многое на них кажется непонятным, ведь, по сути, я застал лишь осколки цивилизации.

Нужно разыскать это место, осмотреть его самому. Надеюсь, время для этого ещё есть.