Теперь вы отпустите леди Бурк?

— Да, — еле слышно ответил канцлер. — Похоже, что мы совершили досадную ошибку.

— Когда? — голос Робби внезапно стал жестким.

— Через несколько дней, сэр Роберт. Я должен обо всем сообщить королеве, и тогда она подпишет указ об освобождении леди Бурк.

— Но вы хоть разрешите лорду Бурку увидеться с женой и ребенком?

Вино вернуло силы лорду Сесилу.

— Нет, — безапелляционно заявил он. — Ему было запрещено покидать Девон. Королева не должна знать, что он здесь, иначе она разгневается на него за непослушание. Я скажу, что послал за лордом Бурком в Линмут, чтобы он мог сопровождать жену и ребенка домой. В таком случае, когда леди Бурк будет освобождена, появление ее мужа не обидит королеву.

В Гринвиче Елизавета Тюдор, отпустив фрейлин, успокоилась в объятиях Роберта Дадли, нежась перед потрескивающим огнем. Ее платье было расстегнуто до живота, и она испытывала невероятное наслаждение, когда фаворит ласкал ее маленькие груди.

— Бесс, ради Бога, отдайся мне, — упрашивал он ее, как много раз прежде. Он и сам не мог понять, почему позволял Елизавете так поступать с собой. С его помощью королева удовлетворяла свое сексуальное любопытство, взамен не давая ничего.

— Нет, Роб, — отвечала она, потупя глаза. — До своего замужества я должна оставаться девственницей. — Она чувствовала его вожделение и не могла понять, чем этот ничтожный, самовлюбленный человек мог ее привлечь.

До ее замужества, а не нашего, отметил про себя Роберт Дадли. Неужели, горько подумал он, злостные сплетники не врут, и у него нет шансов сделаться королем Англии? Он сердито наклонился над ней и поцеловал. Поцелуй получился грубым, столь наполненным и любовью и ненавистью, что Елизавета от восхищения поежилась.

— Я хочу тебя, Бесс, — жарко прошептал он и, подмяв под себя, задрал юбки, обнажив длинные стройные ноги в темных чулках, золотые парчовые подвязки и молочно-белые бедра.

— Роб! Роб! — запротестовала она, пока он возился со своей одеждой. — Сейчас же прекрати. То, что ты делаешь, это измена. Неужели ты способен изнасиловать королеву? — Но черные глаза искрились возбуждением. Так далеко в своей игре они еще никогда не заходили.

— Да, Бесс, я тебя изнасилую! Ты слишком много мучила меня. Можешь меня потом повесить, но я овладею тобой! — Наконец он смог освободить из одежд свой напрягшийся член. «Она меня не повесит, — промелькнуло в голове фаворита. — Стоит ей это испытать, и она моя навсегда. Еще три года назад нужно было так поступить!»

Елизавета билась под ним, и мысль билась в ее голове. Почувствовав между ног его твердый член, она спрашивала себя, неужели способна позволить ему сделать это с собой? Может быть, только раз, чтобы знать, что это такое.