Умудрившись сунуть ей за пояс кошель с серебром в качестве компенсации за утраченный инструмент, Шэнь Цинцю взмахом руки затворил за девушками дверь и обернулся, чтобы узреть гигантского змея цвета нефрита – такой толщины, что его не смогли бы обхватить и трое мужчин. Он свился кольцами на том самом месте, где только что стоял Чжучжи-лан. На огромной треугольной голове сверкали подобные бронзовым колокольцам глаза с нитевидными зрачками. Казалась, тонкая шея не в состоянии поддерживать эту чудовищную голову, так что она то и дело клонилась к полу.

Эффект реальгара превзошёл все ожидания, заставив Чжучжи-лана явить свою истинную форму – хотя без этого Шэнь Цинцю предпочёл бы обойтись. Подхватив оброненный кем-то на столе веер, он раскрыл его и принялся обмахиваться. Огромный змей устремился к нему и начал наматывать кольца вокруг мужчины, словно желая связать его своим телом, но Шэнь Цинцю легко перепрыгнул через него.

Змей бешено извивался, завязываясь в узлы, затем, словно пьяный, протаранил собой стену и вывалился на людную улицу. Прохожие с воплями рассыпались во все стороны.

– Нет смысла ломиться наружу – там тоже всё пропитано испарениями!

Из гигантской пасти вырвалось пронзительное шипение. Водя головой туда-сюда, змей принялся бить хвостом. Решив во что бы то ни стало увести его от мест скопления людей, Шэнь Цинцю, изловчившись, запрыгнул прямо ему на голову. Стоило тому устремиться к горожанам или домам, мужчина тыкал его веером в край морды, заставляя изменить направление. Чудовищно грохочущая при соприкосновении с булыжниками мостовой чешуя была прочна, словно железные латы, так что Шэнь Цинцю то и дело приходилось вкачивать в веер немалые объёмы духовной энергии, чтобы кое-как вывести Чжучжи-лана из города.

Девушки из борделя подошли к своей задаче более чем ответственно, потратив все деньги по назначению – Шэнь Цинцю не знал, сколько вина они в буквальном смысле слова пустили на ветер, который разнёс пары на приличное расстояние от города. Змей еле дотащился до подножия горы, но и тут ощущался характерный запах. Вконец одурев от вредоносных испарений и тычков Шэнь Цинцю, Чжучжи-лан остановился, не в силах ползти дальше.

Решив, что справился с задачей, Шэнь Цинцю спрыгнул на землю. Змей бессильно уронил голову, свернувшись в пару десятков колец прямо на горной тропе. Обращаясь к нему, Шэнь Цинцю назидательно произнёс:

Поскольку он справедливо опасался, что, едва эффект реальгарового вина выветрится, Чжучжи-лан, вернув прежнюю форму, первым делом напустит на него своих настырных змеек, Шэнь Цинцю бросился прочь со скоростью ветра.