От этого зрелища Шэнь Цинцю стало слегка не по себе: отчего у него возникло такое чувство, словно он вновь издевается над учеником, отбирая у него всё, что тому дорого?

Видя, какой оборот принимают события, несколько адептов хотели было вмешаться, но Ло Бинхэ гаркнул на них:

– Не трожьте! – Одного взмаха рукава оказалось достаточно, чтобы с той стороны послышались крики ужаса. Тогда Шэнь Цинцю остановил текущий в спину Лю Цингэ поток энергии, легко оттолкнулся от пола и, бросившись вперёд, подхватил тело на руки.

Ощущение от собственного трупа в руках было мало сказать что странным.

Шэнь Цинцю оглядел своё тело беглым взором: кожа всё ещё сохраняла естественный свежий цвет, конечности не утратили гибкости, так что не было заметно ни малейших отличий от спящего глубоким сном человека, за исключением того, что он не дышал.

Когда человек умирает, разрушив свою душу, вся его духовная энергия испаряется в тот же миг, а значит, даже высокий уровень совершенствования не в состоянии защитить тело от разложения. За пять лет все ледники мира не сохранили бы труп в подобном состоянии.

Тело не источало характерного запаха лекарственных трав, так что дело было явно не в бальзамирующих средствах – оставалось неясным, что за метод использовал Ло Бинхэ.

Шэнь Цинцю вовремя вынырнул из этих размышлений, чтобы уклониться от удара, способного расколоть гору. Подняв голову, он увидел, что к нему намертво прикован взгляд Ло Бинхэ, в глазах которого полыхает пламя безумной ненависти. Лишь тогда Шэнь Цинцю заметил, что одеяние вовсе сползло с верхней половины тела, обнажив его на всеобщее обозрение. А учитывая, как он касался его и разглядывал… должно быть, выглядело это более чем двусмысленно, если не сказать вызывающе.

По-быстрому натянув на тело одежды, он поспешил перекинуть эту «горячую картофелину» Лю Цингэ с криком:

Ло Бинхэ явно собирался отобрать тело, но манёвр Шэнь Цинцю предупредил его намерение. Изначально он опасался, что его ученик воспользуется циркулирующей по его телу кровью небесного демона, но Ло Бинхэ то ли обезумел от ярости, то ли потерял способность соображать от беспокойства – так или иначе, вопреки ожиданиям он даже не вспомнил о своём главном козыре.

Лю Цингэ одной рукой подхватил тело, другой призвал Чэнлуань, без труда отбивая атаки учеников дворца Хуаньхуа. Из-за того, что это тело перекидывали туда-сюда, будто волан, одежды вновь распахнулись, и когда рука Лю Цингэ непроизвольно коснулась обнажённой кожи, прохладной и гладкой, его словно ударило током, заставив замереть в потрясении. Как ни возьмись за это тело – всё выходило неприлично, так что Лю Цингэ едва удержался от искушения швырнуть его обратно.