Да и кто, кроме Ло Бинхэ с его ореолом главного героя, способен одолеть Гунъи Сяо, чтобы заполучить его место?

Однако сейчас Шэнь Цинцю было не до этих соображений, так что он просто бросил:

Гунъи Сяо с готовностью согласился, и оба пустились в погоню.

Затаив дыхание, двое мужчин насторожённо переступили порог.

Оглядев царящий здесь хаос и перевёрнутую мебель, Шэнь Цинцю обратился к Гунъи Сяо:

– Давай-ка разделимся и осмотримся. Ты проверь покои слева, а я примусь за те, что справа.

С этими словами он отодвинул ближайшую дверь веером. В сумраке он с трудом различил очертания лежащего на кровати человека. Шэнь Цинцю насторожился было, но тут же расслабился: на ложе покоился лишь скелет в одеяниях с искусной вышивкой, с отделанными жемчугом и самоцветами головными украшениями в тщательно убранных волосах. Само положение тела говорило о мирной кончине – по-видимому, одна из здешних обитательниц, предчувствуя близость смерти, причесалась и облачилась в свой лучший наряд, чтобы безмятежно отойти в мир иной во сне. Видимо, желание сохранить красоту даже в смерти – и впрямь неотъемлемое свойство женской натуры. Покидая комнату, Шэнь Цинцю со скорбным вздохом плотно прикрыл за собой дверь.

В следующих покоях он обнаружил ещё несколько богато разодетых скелетов – похоже, весь бордель вымер в одночасье. Шэнь Цинцю как раз собирался отворить дверь в шестую по счёту комнату, когда со второго этажа донеслись шорохи и приглушённые звуки человеческих голосов.

Шэнь Цинцю тотчас взлетел вверх по ступеням, за ним по пятам следовал Гунъи Сяо. Внезапно их слуха достиг ласковый голос молодого мужчины:

Стоило Шэнь Цинцю услышать его, как он застыл, словно поражённый громом, однако причиной тому был отнюдь не смысл сказанного, а сам голос. Рука до хруста стиснула веер.

В мгновение ока воцарилась мёртвая тишина, не нарушаемая даже звуками дыхания.

Застыв недвижным изваянием на ступенях лестницы, Шэнь Цинцю мог видеть изящно убранную комнату в противоположном конце коридора, где ученики в одеяниях цветов дворца Хуаньхуа сгрудились вокруг высокой фигуры.

В центре комнаты стоял молодой человек в чёрном с классически простым длинным мечом за спиной. На словно вырезанном из нефрита прекрасном лице сверкали ясные глаза – будто глубокие озёра холодного звёздного света. Он лёгкой походкой приблизился к Шэнь Цинцю.