Бортовой техник обошел площадку, погасил факелы, подбежал к вертолету, поднялся на борт, убрал трап, сдвинул дверку.

Вертолет резко взревел двигателями, спецназовцы устроились на скамьях, между ними на полу лежали Баршан и американец.

«Ми-8» завибрировал, наконец оторвал колеса шасси от земли, завис над площадкой и начал медленно подниматься.

Вскоре он уже шел по заданному курсу.

Баршан попытался узнать, кто же все-таки эти бойцы, что взяли его.

Но спецназовцы, не поднимавшие тонированных стекол защитных шлемов, на которых были закреплены приборы ночного видения, словно роботы, молча и практически без движения сидели вдоль бортов.

Американец взглянул на Баршана:

— Ты так и не понял, кто это?

— Странно, они не похожи ни на кого.

Один из офицеров группы нагнулся к пленным, сказал:

И было в его голосе что-то такое, что заставило замолчать. Офицер не угрожал, не предупреждал, он просто сказал, чтобы замолчали. И пленные замолчали. Вертолет шел на малой высоте, выдерживая курс на Ростов-на-Дону. На плац одной из частей Главного разведывательного управления Генштаба, где спецназ должен был покинуть вертолет. На площадку, а точнее, плац секретной войсковой части, доступ в которую был закрыт даже для местных высших властей.

Москва, воскресенье 16 апреля.

Центральное управление боевых операций, созданное три года назад по личному распоряжению Верховного главнокомандующего, располагалось в центре Москвы, недалеко от Министерства обороны, в здании, внешне оформленном под коммерческую организацию. Машины, въезжавшие во внутренний двор и соответственно выезжавшие оттуда, имели обычные гражданские номера, люди, приходившие на службу, были в штатской одежде. И даже подразделения охраны управления, включая наряды на пропускных пунктах внутри здания и вне его, носили форму одного из многочисленных частных охранных предприятий. И таковое существовало на самом деле, зарегистрированное по всем правилам.

Кабинет начальника с приемной располагался на втором этаже. В приемной, как и в любой коммерческой организации, — секретарь, миловидная девушка в строгом костюме, совсем не похожая на офицера спецслужбы.

В 10:00 в этом кабинете собрались начальник управления генерал-лейтенант Дмитрий Георгиевич Подшивалов, его помощник майор Юрий Владимирович Муханов, полковник Главного разведывательного управления Генерального штаба Головенко Александр Алексеевич, представитель главного командования Военно-космических сил страны подполковник Барданов Григорий Викторович.

Все только что прибыли, поэтому после представлений начальник управления предложил:

— Кофе, чай, товарищи офицеры?

Прибывшие на совещание отказались.

Подшивалов же сказал:

— А я освежусь, ночь выдалась бессонной.