При этом – о Боже! – я лежала в этой ванне совершенно голая! Я с ужасом смотрела на свое тело, которое, казалось, светится в воде: худое, с выступающими косточками, чрезвычайно бледное, похожее на обтянутый кожей скелет… Ощущение наготы усиливалось тем, что у меня на теле пропали все волосы, и сейчас я похожа на новорожденную девочку тридцати пяти лет от роду…

– О Пресвятая Матерь Божья… – принялась я бормотать, испытывая отвращение к своему телу и ужас при мысли, что меня в таком виде может кто-нибудь увидеть. – Избави от позора… Укрой наготу мою…

Прикрыв глаза и сложив молитвенно руки, я стала возносить молитвы Святой Деве Марии – не к Господу же мне взывать, когда я совершенно голая – он все-таки мужчина! Но через минуту мне стало казаться, что к Божьей Матери как-то стыдно обращаться… Я вообразила, как она взирает на меня с небес – а я в таком срамном виде перед нею! Да ведь кровь из глаз ее польется при виде меня! Нет, не могу я оскорбить взор ее.

Это, пожалуй, кощунство – обращаться к ней сейчас…

И вдруг, стоило мне вспомнить о своей пояснице, я поняла, что больше не чувствую привычной боли.

Это было удивительно. Я немного подвигалась в воде – боли не было. Совсем. Что за чудеса? Как такое может быть? Получается, эта вода, в которой я нахожусь – святая? Это она исцелила меня? Не иначе…

Я лихорадочно думала. Мне доводилось слышать о воде из святых источников, что она лечит многие, порой даже неизлечимые болезни, а также рассказы путешественников о таинственном фонтане молодости, скрывающемся где-то в джунглях Южной Америки… Так, быть может, и меня поместили в эту воду для того, чтобы исцелить? И то, что я совершенно голая – это лишь необходимость, гарантирующая успех?

Я провела рукой по глади воды и полюбовалась разлетающимися во все стороны разноцветными искрами.

А ведь эта вода эта и впрямь… необычная. Она искрится, переливаясь, то и дело в ней вспыхивают сотни маленьких огоньков, которые, двигаясь стайками, садятся на мою кожу и через какое-то время гаснут, а вместо них вспыхивают новые… Я завороженно наблюдала за удивительными огоньками, постепенно успокаиваясь. Мне перестало казаться, что я беспомощна и в любой момент могу подвергнуться позору, представ перед глазами посторонних. Огоньки невольно побуждали меня к тому, чтобы я смотрела на свое тело, привыкая к нему. Мерный звон капель вдалеке, похожий на странную мелодию и тихо поющие ангельские голоса, тоже настраивали на определенный лад, помогая размышлять и анализировать…

Расслабившись, я откинула голову на каменный подголовник, расслабилась и предалась размышлениям. Естественно, первой темой были русские – как местные, так и в артанской ипостаси. С изумлением я поняла, что больше не испытываю к ним ненависти.