Но долго одной побыть мне не дали: постепенно люди стали выходить на улицу, кутаясь в плотные гиматии, и, шумно переговариваясь, отвлекли меня от моего созерцательно-задумчивого состояния.

- Замёрзнешь, - мне на плечи неожиданно накинули гиматий, - нужно беречь здоровье, — это был Гер, и вот как ему удаётся перемещаться так бесшумно?

- Доброе утро! И спасибо! – улыбнулась я ему, с благодарностью кутаясь в накидку.

- Как спалось? – вежливо поинтересовался он, вглядываясь в моё лицо, чем смутил невероятно!

- Неплохо, - ответила я, не стану же я ему рассказывать какие именно сны снились мне с его активным участием, при одном только воспоминании щёки начинали пылать и томительно ныло всё тело.

Словно догадавшись о чём я думаю, Алкей-Геракл понимающе хмыкнул, но развивать тему не стал. Вот только я ведь тоже ещё та любопытная мадама, поэтому не удержавшись, спросила:

- А вы? Хорошо спали? Снилось ли вам что-нибудь интересное?

- Спал я очень хорошо и снилось мне много чего интересного, - получила я ответ, а уже улыбка, мелькнувшая на его строгих, чётко очерченных губах заставило моё сердце пропустить удар. – Но об этом потом, госпожа Аглая, пойдём, нас ждут великие дела.

- Угу, - буркнула я, вот умеют же люди заинтриговать и оставить чьё-то неуёмное любопытство неудовлетворённым.

Но Гер прав - всё потом, сейчас стоит сосредоточиться на переезде в поместье полемарха.

Мы все: я, Майя с ребёнком, Ирина, Поликсена и Пенелопа погрузились в телегу, выделенную нам хозяином дома – Автоликом,

Дом, в котором мне теперь предстояло жить (один месяц точно), был не очень большим, но таким красивым и ухоженным, что я бы ни за что на свете не согласилась променять его на холодный многоэтажный дворец.

Сложённый в два этажа из светло-серого камня, идеально подогнанных друг к другу; внешняя часть строения как всегда представляла собой глухую стену с единичными небольшими бойницами практически под самой крышей. Внутренний дворик украшал «газон» (просто короткая трава), множество пышных растений в глиняных вазах и деревянных коробах. В центре перистиля неглубокий бассейн с чистой водой и фонтаном перед ним, статуя какой-то девы, держащей на одном плече кувшин, из которого тонкой струйкой текла вода прямо в бассейн, мне понравилась эта композиция - просто и со вкусом.

Несколько дорожек, выложенных из камней прямоугольной формы, вели в разные части дома, они были тщательно выметены и буквально сверкали чистотой.

- Как тебе? – спросил Гер, стоя чуть позади меня, моё тело от звуков его глубокого баритона тут же покрылось мурашками.

- Очень нравится! - честно ответила я, и шагнула к фонтану, прикоснулась к холодной, гладко отполированной статуе, - мастер, сотворивший это чудо, гениальный скульптор.