Он ввел спутницу в изящную гостиную, декорированную в кремовых и серо-зеленых тонах.

- Колин, мы ведь только приехали и уже много дней толком не спали. Разве нельзя хоть немного отдохнуть перед тем, как снова куда-то спешить сломя голову? Это самая красивая комната из всех, что я видела.

Минерва окинула ее взглядом, восхитившись резными карнизами, и довольно вздохнула, когда усталые ступни утонули в ворсе роскошного ковра.

- И ты прекрасно в ней смотришься. - Оставив Минерву стоять посреди гостиной, он отдернул шторы - серебристое сияние зари уже начало пробиваться сквозь огромные, от пола до потолка, окна. - Вот твоя туалетная комната, - Пэйн указал на открытую дверь. - За ней - спальня. Надеюсь, когда мы приедем сюда в следующий раз, ты сможешь изучить ее получше. - Он миновал пару закрытых дверей. - Ванная. Гардеробная.

Минерва закрыла глаза и снова их открыла.

- Колин, куда ты собираешься меня отвезти?

- В Шотландию, на симпозиум.

- Но... уже поздно, ведь он состоится сегодня.

- Знаю. Вот почему нам надо поторапливаться. Мы и так не успеем к началу - тут уж ничего не поделаешь.

- А на чем мы поедем? Хватит с нас путешествия в каретах.

Она помнила, какие страдания испытывал вчера Пэйн в перевернувшемся экипаже, и ни за что не согласилась бы еще раз подвергнуть своего спутника таким испытаниям.

- У меня есть план, - заявил он. - Вот увидишь.

- Всё еще существует. Неважно, что случилось с гипсовым слепком, ведь отпечаток в камне по-прежнему на месте. Она оставила свой след в этом мире. - Колин подошел и взял Минерву за руки. - И ты оставишь, Мин! Может, приз тебе и не вручат, раз ты не сможешь предъявить слепок с лапы Франсины на симпозиуме, но ты попадешь туда и произведешь на всех впечатление!

Она и не знала, что на это сказать.

В дверях ванной комнаты появилась горничная и, негромко кашлянув, присела в реверансе.

- Миледи, ванна готова.

Колин кивком отпустил служанку и сжал ладони Минервы.

- Мы уже проделали такой долгий путь и не должны сейчас сдаваться. Эту историю мы впоследствии будем рассказывать своим детям, внукам, друзьям, гостям за ужином, и она должна закончиться не поражением, а твоим триумфом.

Он поднес ее ладони к губам и по очереди их поцеловал.

Это растрогало Минерву.

- Просто доверься мне, позволь доставить тебя на симпозиум, а затем сделай так, чтобы я тобой гордился.

Час спустя Минерва, одетая в свое лучшее дорожное платье из темно-зеленой саржи, стояла на парадном крыльце Риверчейза. Ей хотелось надеяться, что на ее лице читается уверенность, хотя она вовсе ее не испытывала.

- Мы отправимся в Эдинбург на этом?!

Она вгляделась в стоящий на подъездной аллее в рассветной дымке фаэтон. Никогда раньше не встречались ей коляски с такими высокими рессорами, такой роскошной обивкой и такой яркой расцветки.