Все уже привыкли, что сразу после основной своей работы в Управлении, Нильтон прибегал проведать девушек в кондитерскую «Пряничный домик», и если возникала такая необходимость, то и помогал там. Ведь сестра его работала в кондитерской только после занятий в университете, а Кэтрина в своём деликатном положении не со всем могла управиться. Тётушка Клеона, конечно же, помогала как могла, но и ей приходилось разрываться между домом и работой в кондитерской.

Однако, несмотря на все трудности, дружное семейство вполне справлялось со всеми делами и текущими проблемами.

И как бы трудно ни было, никто не хотел отказываться от «Пряничного домика». Кэтрина, наконец, успокоилась, и свыклась с мыслью, что в этой дружной семье — она теперь, тоже полноправный её член. А домочадцы, с некоторых пор, стали подозревать, что и Нильтон не просто так бегает помогать в кондитерской. Вернее, что переживает он не только за сестру. Молодой маг-боевик явно неравнодушен был к Кэтрине, но в силу всех сложившихся обстоятельств, парень, видимо решил не торопить события. И дать девушке привыкнуть к его постоянному присутствию рядом.

Поэтому, все обитатели дома на Цветочной давно уже привыкли к тому, что Нильтон или помогает в кондитерской, или занимается тренировками и спаррингами с Главкомом.

В один из таких дней, Вэймар, как всегда, ожидал своего помощника для очередной тренировки. О чём-то задумавшись, он погрузился в свои мысли и далеко не сразу заметил, что одиночество его нарушено.

— О чём задумались, господин Главком? — Негромко спросила Глория, подойдя ближе.

Вэймар вдохнул глубоко, отпуская гнетущие мысли, и с улыбкой посмотрел на девушку:

— Глория, вы столько сделали для меня, и я очень прошу, обращайтесь ко мне по имени.

Уж для вас то, я точно не Главком, а скорее — проблемный пациент. Вы умудрились вытащить меня с того света, когда официальная лекарская наука просто развела руками и расписалась в своём бессилии.

Глория ответила ему искренней улыбкой, которая ещё больше красила милое девичье лицо. И глядя на мужчину своими глазами, цвета расплавленного шоколада, едва заметно махнула рукой, скромно открещиваясь от заслуг:

— Хорошо, Вэймар. Мне действительно очень приятно называть вас так.

А по поводу остального, я не думаю, что это какая-то особенная моя заслуга. На самом деле, мы с вашим дядей очень хотели видеть вас снова живым и здоровым. Поэтому и пользовались любыми возможностями, ведь безмагическая медицина в этой ситуации оказалась совсем бессильной. И я очень рада, что наши усилия были не напрасны. Но ещё остаётся нерешённой проблема с вашей магией. Я думаю, со временем, мы обязательно придумаем что-нибудь и найдём выход из этой ситуации тоже.