Я уже собралась вежливо выйти, чтобы не провоцировать рейзеров на новый конфликт, но кинула взгляд на правую руку эрдала, на которой тускло поблескивал перстень в виде переплетенных листьев квекка, держащих гроздь рубиновых ягод. Не сильно вздрогнула и до боли сжала в кармане кольцо, которое приметила еще в лесу. То самое, которое показалось мне смутно знакомым и которое я наконец узнала. Точно такое же кольцо, какое сидело на безымянном пальце старого ветерана.

Поддавшись безотчетному порыву, я шагнула к столу и положила находку перед старым эрдалом. Дождалась, пока он опустит взгляд, и тихо сказала:

На какое-то время в комнате стало так тихо, что в ней слышалось только ровное дыхание насторожившегося пса и зловещий скрип натягивающейся кожи. Эрдал побледнел, как полотно, как-то разом осунулся, затем накрыл ладонью тускло поблескивающее колечко и глухо сказал:

– Прости, Илой. Это действительно не терпит. Фантом, зайди.

Рейзеры одарили меня весьма многообещающими взглядами и поднялись. Я поежилась, когда встретилась глазами с откровенно злым хвардом, но делать нечего: мои новости были настолько важными, что эрдал предпочел сперва выслушать их, чем решать вопросы с тремя опытными и явно не последними в гильдии бойцами.

– Садись, – помертвевшим голосом велел Фаэс, когда за ними закрылась дверь. А потом, не поднимая глаз, сжал громадные кулаки. – И рассказывай: где ты его взял?

Я послушно опустилась в нагретое хвардом кресло.

– Думаю, ты знаешь. У Твари, которая двадцать лет назад сняла это кольцо с тела твоего брата. Ты ведь о себе говорил, когда рассказывал о «весельчаке»? И это ты был тем единственным, кто ушел от него живым? Ты, но не твой побратим, верно?

На Фаэса стало страшно смотреть – он внезапно побелел так, что я даже испугалась. Седые брови сдвинулись на переносице, губы плотно сжались, глаза провалились куда-то внутрь, на краткий миг погасли, а потом снова вспыхнули так, как если бы там загорелось два багровых солнца. Затем эрдал воткнул в меня полнящийся настоящим безумием взгляд и начал медленно приподниматься с кресла.

– Ты хочешь сказать, что нашел «весельчака»?! – Его голос стал таким острым, что им можно было резать сгустившийся в комнате воздух.

– Нет, Фаэс. Я его убил.

– Я убил его, – спокойно повторила я, глядя в страшновато изменившееся лицо эрдала. – И я пришел об этом доложить: «весельчак» мертв, Фаэс. И его логово уничтожено. Но я нашел там перстни твоих ребят и принес сюда.

Не дожидаясь разрешения, я вытащила из-за пазухи небольшой мешочек и осторожно высыпала на стол горсть колец, на каждом из которых красной точкой светился драгоценный рубин. Я принесла их все.