На пороге еще раз проверила свеженашитые карманы, похлопала по груди, убедившись, что заветный мешочек со скудными ведьмиными сбережениями на месте, бросила быстрый взгляд на приютившееся на полке кривоватое зеркало и вздохнула: в жизни не выглядела ужаснее.

У меня довольно неплохая фигура, хотя, конечно, до модельной ей пока далеко. Ну, чуть узковатый таз. Чуть крутоваты бедра. Чуть тяжеловата из-за этого поступь и давно не тренированная — увы, я лентяйка! — задняя филейная часть, но зато ноги от самых ушей. К тому же силикона я никогда не носила, а по поводу верхнего, второго с плюсом, размера не комплексовала. И химию на голове не уважала, потому что мои волосы и без нее немного вились на кончиках, по-настоящему раздражая только в дождливые дни, когда пытались свернуться в мелкие бараньи колечки. Кстати, волосы у меня русые, недлинные — не люблю возиться с прической, — приятно густые: мамино наследие. Тогда как от отца досталась несколько мальчишечья фигура, чуть вздернутый на кончике нос и совершенно обычные светло-серые глаза. Не скажу, что прямо писаная красавица, но и на отсутствие мужского внимания пожаловаться не могу. Другое дело, что однажды оно, это внимание, мне вышло боком и с тех пор я настороженно отношусь даже к тщательно завуалированным ухаживаниям. Но во всем остальном — ничего экстраординарного.

Вот только при виде меня вышедшая из землянки ведьма вдруг покачала головой.

— Плохо. Не наша ты, чужая… трудно будет затеряться.

— Почему? — озадачилась я, пытаясь оглядеть себя со спины.

Да бог с ним, с плащом, что криво сидит. Авось и не заметит никто. Ну, куртка великовата да рубаха с чужого плеча. Но не свою же надевать, когда придется по лесу топать две недели? Пусть лучше в мешке полежит, чем я потом умучаюсь ее отстирывать. Со штанами чуть лучше, потому что их прежний владелец не был толстоляхим лежуном, но на мне и они смотрелись слишком большими.

И чего старушка так неодобрительно смотрит?

Я потупилась: старушка права — при моем росте, метр семьдесят с кепкой, она почти на голову ниже меня. Если уж тут все люди такие, как она, то я, куда бы ни отправилась, действительно буду выделяться. Да и насчет остального правда: мама всегда учила меня не вешать нос и нести себя по жизни, как королева. А тут, оказывается, гордая женщина — это порок, а женщина независимая — нонсенс. Ни шагу нельзя ступить в сторону от канонов. Дом, семья, дети — вот и вся женская доля на Во-Алларе. Грустно, да? Ни про феминизм, ни про эмансипацию, ни просто про равноправие полов никто даже слыхом не слыхивал.