– Тебе не кажется, что ты переходишь все мыслимые и немыслимые границы?

– Ты верно заметила, дед ставит свои условия, и требует, чтобы весь мир плясал под его дудку. Мне больше некого просить, а мама Миру угробит быстрее, чем я, ты и сама это знаешь лучше любого из нас. Пожалуйста, Алина, помоги мне! Я не знаю, как жить с маленьким ребенком на руках и мне не у кого просить помощи, дед запретил все, что только можно было. Я не знаю, как справляться…

Наверное, Орлов был в отчаянии. По крайней мере, срывающийся голос и взгляд, полный ужаса говорили именно об этом.

– Знаешь, я тебя понимаю. Несколько лет назад я тоже осталась вот так, как ты – одна с ребенком на руках. И не у кого было просить помощи. Не от кого было ее ждать.

Миша оценил мою жесткую иронию. Открыл было рот, чтобы что-то сказать, но затем закрыл. Тяжело вздохнул, покивал и отвернулся от меня, начав наблюдать за радующимся Матвеем.

Вот уж кому точно было хорошо. Весело, беззаботно. Детство – счастливая пора. Жаль, что взросление неизбежно и накрывает с головой каждого. И нет возможности вернуться назад, туда, где все и всегда было хорошо.

– За то, что попросил помочь с дочерью.

Воцарилось молчание, которое продлилось ровно до тех пор, пока к нам не выпустили довольного и улыбающегося Матвея.

Я задумалась так сильно, что среагировала позже Миши. Тот первым поймал сына и обнял, позволяя оплести руками свою шею. Подняв сына, Миша поравнялся со мной.

– Ну, чего еще желаем, маленький господин?

– Мороженое… – выдал Матвей.

– Да, конечно! Забудь.

– Пойдем покупать тебе конфетки.

Я не успела опомниться, как эти двое спелись, а мне пришлось их догонять.

– А знаешь, что? Сегодня папочка познакомит тебя с сестричкой.

– Сестричкой? – заинтересованно протянул Матвей, а я от удивления открыла рот и забыла его закрыть.

Вообще-то, мы так не договаривались!

– Именно. Ее зовут Мира, и вы увидитесь сегодня, сразу, как мы поедем домой. Хочешь познакомимся с ней, как можно скорее?

– Миша! Какого… – Я догнала их, но резко обрубила себя на полуслове. Не ругаться же при Матвее? – Что ты творишь? – прошипела я.

– Просто хочу познакомить своих детей друг с другом. Они же брат и сестра. Разве это неправильно?

– Ты просто хочешь использовать ситуацию и вывернуть ее себе на пользу! А ты подумал, что Макс обо этом скажет?

– Нет, не подумал, – холодно выдал Миша. – Это твоя забота – думать о том, что подумает Макс. Мне глубоко начихать. А своих детей представить друг другу я обязан, не находишь? Разумеется, если тебе не нравится, ты можешь не составлять нам компанию. Мы прекрасно справимся и одни.

Тон бывшего мужа сочился ядом и вот теперь я хорошо узнавала прежнего Мишу. Как и у мамы, маска быстро слетела с его лица, а просьба превратилась в угрозу-ультиматум.