– Мы явились ещё раз осмотреть вашу посудину, – и, повернувшись к солдатам, добавил: – Приступайте, да смотрите не пропускать ничего.

– Чем мы вам, господин, не угодили? – лепетал Вэйдун.

– Пошёл вон, собака! Ты у меня поговоришь!

Солдаты ретиво стали обшаривать джонку. Вскоре они вытащили из тайника Мишку и привели к чиновнику.

– Кто такой? Почему раньше скрывался? Голландская собака! Хозяин, ты вместе с ним поедешь на берег! Там из вас вытянут всё.

В это время солдат воплем предупредил, что он нашёл оружие и даже пушку. Чиновник рассвирепел, но в глазах мелькнул страх и растерянность.

Солдаты схватили Мишку, но тот неожиданно так стукнул их головами, что те сразу притихли и отдали мушкеты подбежавшим матросам.

– Пираты, это пираты! – завопил чиновник и бросился к трапу.

– Хватай нехристя! – крикнул Мишка. – Да шлюпку не упустить бы!

Матросы спрыгнули в шлюпку и связали перепуганных гребцов. Чиновника и солдат отвели в каюту с глаз долой.

Мишка спокойно сел на скамью и уставился на чиновника.

– Терять нам нечего, так что смотрите сами, господин, как вас там. Поэтому предлагаю согласиться на наше предложение.

Мы спокойно покидаем залив, а вы так же спокойно возвращаетесь на шлюпке домой, но уже по выходе нашему из залива. Иначе придётся лишить вас жизни. Другого выбора у нас нет, вы должны это понять.

Чиновник растерянно озирался и торопливо соглашался. Толмач сбивчиво переводил побледневшими губами.

В сумерках вернулась лодка с остальными матросами. Ночь быстро густела, редкие огни заблестели на берегу и в заливе.

Чиновника и солдат стерегли в каюте. Матросы готовились к отплытию и мелькали тенями по палубе.

Часа через два вдруг обнаружилось, что ни чиновника, ни шлюпки за бортом не оказалось, а караульный матрос лежим с разбитой головой и тряпкой во рту.

Ничего вразумительного матрос не мог сказать, кроме того, что его хорошенько стукнули, после чего он уже ничего не помнит.

– Теперь, братья, торопись! – зловеще крикнул Мишка. – Скоро нагрянут!

При свете луны можно было видеть, как большой фрегат, стоявший в отдалении, медленно двинулся, ловя слабый ветер своими парусами.

– Вот теперь нам крышка! – обречённо молвил Тин-линь.

Мишка тотчас сообразил, что уйти им не удастся.

Фрегат шёл хоть и медленно, но наперерез к выходу из залива. А при такой луне заметить их будет очень легко.

– Братья! – крикнул капитан. – Ничего нам не остаётся, как захватить вон ту джонку, – и он указал на стоявшую в пятидесяти саженях посудину, готовую с отливом поднять паруса.

– Всё равно заметят, – ответил Тин-линь.

– Часть плывёт самостоятельно и тихо захватывает судно, – приказал Мишка. – Остальные на шлюпке, захватив самое ценное и оружие с припасом. Борт нашей джонки прикроет её.