А войны, которые беспрестанно велись сильными мира сего?

В крутой бейдевинд джонка медленно выходила из бухты. Берег, в лучах утреннего солнца, медленно удалялся, его гористые дали синели в дымке. Мерное покачивание убаюкивало, и только крики чаек, носившихся над волнами, нарушали тишину утреннего моря.

Вдали взыграло стадо дельфинов и исчезло. Навстречу шло маленькое судно с тростниковым парусом. Оно торопилось в порт к базару, но явно не успевало.

Моряки привыкали к так долго ожидавшемуся морскому устою жизни. Их радовало тихое ясное утро, и на их грубых лицах можно было заметить нечто вроде улыбки.

Свободные матросы не уходили с палубы. Играли в карты и кости по маленькой, чистили оружие, точили сабли и катаны. Жизнь на судне сразу как-то вошла в нужное русло.

Мишка стоял возле рулевого с Вэйдуном и Тин-линем.

– Опять идём к северным Филиппинам, как договорились. Там встретим ваших соотечественников и пополним команду.

– Пушек надо раздобыть, – отозвался Тин-линь.

– Да, пушки нужны. Без них трудно. Придётся ограничиться мелкими рыбёшками. Может к португальцам в Макао заглянуть, а? Там порт большой и оружие легче будет достать.

Сошлёмся на голландцев. У них давняя с ними вражда.

– Далеко больно, – ответил Вэйдун.

– А где ближе? Не нападать же нам с нашими силами на испанский форт на Лусоне? Подскажи, как достать пушки. Или ты надеешься захватить фрегат?

– Да и это верно. Неужто к родным берегам направимся? Боязно. Что там сейчас? Два года вестей не получали.

– Не будем же мы всем кричать, кто мы на самом деле. Купцы и больше ничего. Мало ли вашего брата рассеяно по островам в южных морях. Сам знаешь. Да и кто будет такой джонкой, как наша интересоваться? Пройдём.

Тин-линь молча слушал спор друзей. Он думал о своём. Вернуться под другим именем на материк и зажить спокойно и тихо. Деньги пока ещё есть, а повезёт, так и ещё добудет. Что купцы, что пираты, одно и то же. И те и другие занимаются грабежом, только по-разному.

Он пытался успокоить себя и свою совесть. Припоминал случаи из рассказов дедушки, какими путями создавались богатства многих купцов и чиновников. Это немного успокоило, и он стал спокойней.

Две недели джонка медленно, борясь со встречными ветрами, продвигалась на север.

Внимательно всматривались во встречные суда, но ничего подходящего пока не попадалось. То слишком большое, то слишком малое, а то не надеялись догнать.

Наконец, уже подходя к северным берегам Лусона, решили догнать джонку, шедшую на юг. Развернулись по ветру и за два часа догнали. На джонке уже поняли намеренья пиратов и ответили редким огнём из мушкетов. Пришлось брать судно на абордаж.

Короткая вспышка борьбы, крики, стоны, выстрелы – и всё затихло. Трупы бросали за борт, смывая палубу забортной водой.