И только в этот момент я понимаю: да, меня бьет мелкая неконтролируемая дрожь.

Только я что-то сомневаюсь, что это из-за Коли… По-моему, я начала дрожать только после того, как Ярослав меня обнял.

– Я не оставлю тебя одну сегодня, – внезапно произносит он.

Я лишь растерянно хлопаю глазами. Ничего себе…

– Боишься, что он вернется? – Яр встревоженно заглядывает в мои глаза.

Я отрицательно мотаю головой.

– У тебя шок, – понимающе кивает он. – Я останусь сегодня с тобой. Лягу в гостиной на диване.

Ого. Вот теперь я точно в шоке! И начинаю дрожать еще сильнее.

Ничего не могу с собой поделать.

Потому что он обнимает меня, его руки скользят по спине, замирают на талии, сжимают ее… Я чувствую его крепкое, сильное, горячее мужское тело… всей собой.

А запах… Он так пахнет! Если отвлечься от растворителя, можно просто с ума сойти от этого мужского тестостеронового аромата…

– Анюта, я очень хочу тебя… – раздается его хриплый шепот над моим ухом.

Я перестаю дышать. Вообще.

– Но сегодня я буду джентльменом.

Я шумно выдыхаю.

– Если получится, – добавляет он.

И – расстегивает рубашку. Боже…

– Можно я в душ? Провонял весь.

Уф…

– Конечно.

Я вручаю ему чистое полотенце.

Яр уходит в ванную с обнаженным торсом и в брюках с расстегнутым ремнем.

Интересно, в чем он выйдет?

Глава 50

Ярослав

Я джентльмен, мля!

Поэтому надеваю трусы. После душа. И лишь поверх завязываю полотенце. Ну не в офисных же брюках рассекать по дому. Но и сразу в труселях перед Анютой появляться тоже как-то не комильфо. Она девочка пугливая.

Выхожу из ванной. Через открытую дверь гостиной вижу, как Анюта застилает диван простыней. И на меня накатывает.

Капец… Так бы и прыгнул на нее из-за угла голодным тигром. Так бы и растерзал на этом самом диване…

Полотенце надувается парусом. Лежать, я сказал! Джентльмены испуганных страусят не едят. Во всяком случае – без предварительной нежной прожарки…

– Яр…

Анюта замечает меня и, мило краснея, пытается игнорить мою мою мачту. А я пытаюсь повернуться к ней так, чтобы мачта была в анфас и не сильно резала глаз.

– Я сейчас найду тебе одеяло.

И она идет в комнату, где стоят коробки.

– Анют, мне не холодно.

– Но ночью ты можешь замерзнуть.

– Замерзну – приду к тебе.

Ее рука замирает над коробкой."

"– Не бойся. Я же обещал быть джентльменом. Если ты сама на меня не набросишься, буду держать себя в руках.

Ага, ага. И себя, и свою торчащую мачту…

– Ты же знаешь, что нужно делать, чтобы усыпить перевозбужденного мальчика, – продолжаю я.

– Что?

Анюта все еще роется в коробках.

– Ты же сама давала советы. Напои меня теплым молоком, обними, погладь за ушком, почеши пузико…

– Не было там про пузико! – смеется она. – Да и нет у тебя пузика.