Приоткрыв один глаз, взглянула на объект. Объект был готов. Ну что, котик? Поиграем, как я хотела?

Я кралась к своей добыче словно… мышь. Хищная, плотоядная, невероятно эротичная мышь. Очень смелая, храбрая и дерзкая. Мы, мыши, вообще страшные звери. Трепещите, коты! Кто не спрятался, мы не виноваты.

Маленькими шажочками, на цыпочках, покачивая местом, из которого растут хвостики, мы, сексуальные мышки, крадемся к большому коту, чтобы подергать его за усы…

И откуда только что берется? Скажи мне кто-нибудь несколько месяцев назад, что я буду охотиться на оборотня, снежного барса, и при этом на мне из одежды будет лишь конструкция из нескольких черных ленточек, скрепленных в стратегических местах кружевными цветочками… Да я бы в лицо плюнула этому человеку. А сейчас ничего… Крадусь, охочусь, хвостиком виляю…

— Любишь мышек? — склонилась я над застывшим в кресле супругом, который пожирал меня глазами.

— А как ты их любишь? — поинтересовалась вкрадчиво, изгибаясь так, что грудь оказалась прямо перед его лицом.

— Си-и-ильно, — выдохнул он, протягивая руки.

Эй, а ну лапы прочь! Мышка еще не до конца загипнотизировала свою добычу.

— А хвостики мышиные любишь? — выпрямилась, развернулась и покачала бедрами, глядя на него через плечо.

— И не только хвостики… — Наглые лапищи все-таки дотянулись и попытались сцапать охотницу.

— Да-а? А ты в курсе, котик, что мышек не так-то просто поймать? — скользящим шагом я направилась к кровати.

Кайен шел за мной, как привязанный. Да-да, так и надо…

— Так что, котик? — легко вспорхнула я на постель и отошла к изголовью. Прислонилась спиной к стене и замерла.

Котик явно вошел во вкус охоты и на четвереньках медленно пополз к мышке.

— Эй-эй! Не спеши, хвостатый. — Едва сдерживаясь, чтобы не рассмеяться, я подняла одну ногу и уперлась ею в плечо Кайена, не подпуская его вплотную.

— Какая сладенькая мышка, — тут же взял в плен мою ступню Кайен и принялся ее целовать.

Я замешкалась, а этот коварный оборотень дернул меня за ногу, и я с визгом полетела на постель.

Все же определенные преимущества у эльфийского белья есть. Его не нужно снимать, когда занимаешься любовью. Потому что снимать-то там, собственно, и нечего…

Жизнь налаживалась. Мы с Кайеном с упоением любили друг друга. Днем работали в ратуше. Как ни удивительно, но после возвращения себе человеческого облика он не пожелал удалять меня от совещаний, переговоров и встреч с важными персонами. Только теперь рядом со мной сидел не снежный барс, а князь Кайен Нэвис. Я не спрашивала, зачем ему это нужно, мне было в радость просто быть рядом с ним в любое время. Поэтому я сидела, слушала, вполне осмысленно отвечала на вопросы, если вдруг они адресовались мне.