Скажете, что по приказу княгини мальчик поступает в ученики к мастеру Тодеушу Хольсу. Пусть выдадут вам бумагу об этом и скажут адрес. И на первый год княгиня выделяет Васику небольшое пособие, чтобы на краски, расходные материалы и еду хватило. Но и вы уж помогайте сыну, одевайте, обувайте.

— Целуем ручки, благодетельница! — просияли оба — и отец, и сын. — Уж мы за вас всем богам молиться будем. Не зря люди говорили, что у княгинюшки сердце доброе и чистое. Повезло нам с госпожой.

— А кто говорил-то и когда? — не выдержала я.

— Так вчера и говорили. Что сиротку вы не отдали на погибель, жизнь спасли, учиться пристроили.

Уж так о вас хорошо отзывалось то семейство. Вся таверна слушала, народ, он же всё примечает, всё видит. И моему Васику помогли, не зря мы к вам ехали о милости просить. Мы ж как услышали про доброту княгинюшки, так сразу и собрались.

Когда они ушли, низко кланяясь и не переставая рассыпаться в благодарностях, в зале повисла тишина.

— Ну и ну! — выдал наконец Кайен и рассмеялся. — Рози, так, может, тебе отдельный зал выделить? Помощников приставить? Часть посетителей у меня заберешь?

— Шутишь, да? — хмыкнула я.

— Нет, ну это же надо! — веселился оборотень. — Благодетельница, княгинюшка… Мне нравится!

Вечером, когда мы улеглись в постель, я ожидала, что Кайен начнет заигрывать со мной и полезет целоваться. Но вместо этого вельможный князь вручил мне список мастеров и мастериц.

— Изучай! Мало ли, вдруг кто еще когда явится на поклон и попросит светлую госпожу пристроить талантливое чадо. Благодетельница!

— Да ну тебя, — фыркнула я и шлепнула его бумагами по голому торсу.

— Не отвлекайся, княгиня. Ты и так две недели отдыхала, заботами государственными не занималась.

А кто мужу помогать будет? Обещала ведь, говорила, что образование хорошее получила. Вот и втягивайся!

Так за бумагами я и заснула. Даже не целовались…

Когда утром следующего дня мы с супругом явились в ратушу, то князя снова поджидала огромная толпа просителей. Кайен едва слышно застонал, представив, что ему предстоит, после чего вдруг хлопнул в ладоши, привлекая к себе внимание.

— Те, кто к князю, — налево! Те, кто пришел просить милости и справедливости у княгини, — направо!

— Кайен! — укоризненно шепнула я.

Ну а чего он издевается? Нашел повод для шуток.

Толпа всколыхнулась и… разделилась на две части. У меня даже лицо вытянулось, а лорд Нэвис развеселился.

— Какая прелесть! — довольно улыбаясь, муркнул он. — Да у меня не жена, а сокровище.

— Но я же… — в ужасе пролепетала я. — Как же я… Я не могу! — И попятилась назад, горя желанием удрать из ратуши.

— Княгинюшка! — шагнул вперед бородатый блондин и отвесил мне поясной поклон. — Мы к вам всю ночь добирались. Люди говорят, сердце у вас справедливое да доброе.