Она не могла избавиться от страха, животного, бессмысленного страха, рождённого воображением, которое показывало ей будущее, где генералы снова станут господами Муны. — Разрешите справку… — Пирра обращалась к капитану, и тот кивнул. — Под куполом живут два человека, по национальности пьи. Мы найдём и других… Один из пьи — член Совета планеты.

Пирра замолчала. В конце концов, то, что она сказала, не играет особой роли. Особенно сейчас, когда там у них Девкали.

— Та-ак, — отозвался генерал. — Тем хуже. Я продолжу. — Генерал сфотографировал взглядом Пирру. Она тоже теперь навсегда осталась в его памяти, ей тоже подписан приговор.

— Законное правительство, о котором я говорил, существует и сейчас. И я его представитель. Если вы сомневаетесь в наших полномочиях, вы можете поднять документы министерства войны: я заместитель министра войны; генерал Вапрас, находящийся сейчас на базе, — глава разведки. Мы — правительство Муны — можем вам предложить следующее: вы немедленно покидаете планету, оставив нам купол и очистители воздуха. В будущем ведёте переговоры только с нами и через нас.

— Вы кончили? — осведомился вежливо Загребин.

— Тогда скажу я. Во-первых, я не считаю вас законным правительством Муны. Сколько вам осталось жить в вашей норе? Год? Полгода? Вы же мертвецы, закопавшиеся под землю и умершие много месяцев назад.

«Что с капитаном? — подумала Снежина. — Он никогда ещё не повышал голоса».

Она ожидала, что он будет куда осторожней и спокойней, но раз он потерял сдержанность, тем лучше. На его месте Снежина говорила бы ещё резче.

— Второе, — продолжал капитан, игнорируя возмущённый жест генерала. — У меня тоже есть встречное предложение.

Вы все покидаете пещеру и переходите в купол. Без оружия. Ни у кого из обитателей купола его нет. В куполе вы живёте, лечитесь — вас всех надо срочно лечить — и вместе с теми, кто уже живёт там, решаете, улететь нам или нет.

— Это вмешательство в дела нашей планеты!

— Да, — сказал Загребин тихо. — И теперь я хотел бы выслушать присутствующих здесь членов Совета купола.

Загребин обернулся к Пирре.

— Нет, — возразил генерал. — Мы этого Совета не признаём. Я хочу задать вам вопрос: признаёте ли вы силу?

— А вот в каком. На нашей базе, недоступные для вашего оружия, спрятаны ракеты с ядерными боеголовками.

В любой момент они могут быть выпущены по вашему кораблю. От вас останется мокрое место. От вас и от вашего купола. Кроме того, у нас заложники, несколько человек с вашего корабля. Подумайте об их судьбе. Я предлагаю объявить перерыв. Мне надо выйти на связь с базой и рассказать о ходе переговоров. И не пытайтесь меня остановить. Я старый солдат. За каждый волос, упавший с моей головы, упадёт голова вашего человека. Надеюсь, мы понимаем друг друга.