Я подошла к ней и осторожно взяла под руку, желая усадить ее на стул рядом с остальными, но старушка запротестовала, понуро опустив выцветшие глаза.

— Позвольте проводить вас, — попросила я, наклоняясь к женщине, возможно, она не поняла моих намерений.

— О нет, миледи, благодарю вас. Но я лучше здесь останусь.

— Госпожа, отойдите от этой ведьмы, не стоит прикасаться к такой твари! — неожиданно выкрикнула полная розовощекая дама, сидевшая вместе с остальными и уплетающая печенье из корзинки. Остальные обитатели приюта поддержали ее одобрительными возгласами.

— Вообще в приличном заведении не место такой, как она, и кто ей вообще позволил сюда явиться! Пусть подыхает под мостом!

У стоявшей рядом старушки из груди вырвался еле слышный вздох, она вновь опустила голову и поникла. Я нахмурилась и непроизвольно перевела взгляд на ее руки. На левом запястье красовалась уродливая метка, уже знакомый мне треугольник с цифрами. Клеймо как у скота, такое же, как у Тейджа и у той девчонки на ярмарочной площади, которую хотела растерзать толпа. Внутри черным ураганом поднялась буря негодования. Вот к чему приводят непродуманные законы! В первую очередь пострадали невинные люди. Если раньше окружающие не знали о даре, который в большинстве случаев не приносит своим обладателям ничего, кроме проблем, то теперь благодаря действиям моего супруга несчастные подвергаются нападкам и позору.

— Не смейте унижать эту женщину! — Я вышла вперед и с негодованием посмотрела на людей. — Она точно такая же, как вы. Если с рождения ей дан дар, значит, она отмечена богом, и никто на земле не вправе оскорблять ее за это.

Старики понуро опустили головы, а я продолжала свою обличительную речь:

— Если ваш сын или внук появится на свет с необычными способностями, вы тоже будете гнать его?

— Но как же закон? — послышался протестующий голос. — Эти люди могут быть опасными для нас.

— Не более чем любые другие, — жестко отозвалась я.

— Ее светлость полностью права. — Неожиданно меня поддержал Бруно. — Наша семья немало денег вложила в этот приют, и я искренне надеюсь, что здесь для всех страждущих найдется место, и никто не будет унижен.

Я благодарно обернулась к мистеру Лерою, а он ответил мне ободряющей улыбкой.

— Вы удивительно чуткая девушка, — проговорил Бруно, протягивая мне руку, чтобы помочь спуститься с лестницы. Я смущенно отвела взгляд от его лица, стараясь не смотреть прямо в яркие зеленые глаза. Уже много раз видела нечто подобное, молодым человеком двигало не просто приличие или учтивость, в его движениях и интонации прослеживался интерес.

— Меня возмутила такая откровенная несправедливость, — пояснила я недавний инцидент.