Даже сквозь туман, царивший в голове, понимал, что нужно смыть с себя кровь поверженных противников.

Хватило пары минут, чтобы привести себя в порядок. И вот Вольнов уже оказался рядом с постелью. Позволил себе только прижаться носом к хрупкой ладони, безвольно лежавшей на простыне. Зарета оставалась неподвижной, будто спала.

А Тихомир терпеливо ждал, когда она придет в себя. Чувствовал нетерпение хищника. И аромат Зари.

А она словно издевалась над ним и над его выдержкой.

Заворочалась на постели, вздохнула, сонно засопела. Очевидно, что обморок мягко перетек в глубокий сон.

Тихомир дурел от этого мягкого аромата, дарованного Заре природой.

— Р-р-р! — протяжно клокотало в груди.

Тихомир не пытался прикрыть наготу, даже не потрудился тщательно вытереться после душа. В темноте сверкали лишь желтоватые глаза хищника. И, кажется, удары сердца взрывали тишину комнаты вместе с раскатами грома.

— Вы там что, голый? — прошептала девушка с кровати.

А Вольнов застыл. В одно мгновение оказался перед девчонкой. Его рваное дыхание опалило щеку Зари.

— Ой! — пискнула девчонка. — Ну вы бы оделись, а?

— Помолчи! — ласково заурчал Тихомир, а его начало трясти от того, как мягко журчит ее голос, вышибая почву испод ног.

 — Моя!

— Я мамина и папина! — возразила девушка. — И я, наверное, лучше домой.

— Поздно! Я же предупреждал в прошлый раз! Ты мне принадлежишь! — прорычал уже громче и настойчивее Тихомир и впился жадным ртом в манящие пухлые губы.

Зарета вздрогнула. С ней творилось странное безумие. Никогда еще девушку никто не целовал так откровенно и страстно. И тем более она не ожидала, что целовать ее станет грозный руководитель компании, куда она хотела устроиться на работу.

А потом память послушно подкинула все, что произошло с ней за последние два дня.

Встреча в конференц-зале, порез, долгая поездка в усадьбу, побег из нее, встреча с лесником и его женой, которые оказались родителями Вольнова. И чертов Зов, который Заря совсем не могла контролировать….

Но все это воспринималось смазано. Казалось, Тихомир приворожил ее, мягко и настойчиво лишая воли, околдовывая, окутывая собой и своим дивным ароматом.

И снова показалось, будто девушка слышит урчание зверя.

Того самого черного волка, огромного и мохнатого, пугающего смертоносными клыками. Но этот волк казался ей сейчас послушным ласковым щенком.

И глаза… Вольнов смотрел на нее, словно в самую душу. А янтарные омуты все глубже утягивали ее в пучину страсти.

— То есть домой мне теперь нельзя? — догадалась Заря. Ее голос сорвался. А дыхание сбилось. А руки — точно непослушные и принадлежали не ей — заскользили по обнаженным мужским плечам.

Смуглая кожа, кажется, полыхала огнем. Этот зверь ее пугал.