— Агриппина Степановна велела позвать тебя, — осторожно произнесла Заря и протянула руку к клыкастой морде, — Услышишь, если позову?

Волк ткнулся носом в раскрытую ладонь.

— Тогда приходи скорее, — прошептала Зарета, а мысли вновь стали вязкими, тело ватным, а небо превратилось в далекую бледно-голубую точку. И Заря закрыла глаза.

Тихомир мерил шагами тот самый конференц-зал. Офис уже не открывали второй день, распустили всех сотрудников. Звери из стаи притаскивали в холл всех, кто мог хоть что-то знать об убийстве девушки, невероятно похожей на его Зарю, шли допросы, записывались показания, оборотни стаи прошерстили все районы, включая самые неблагополучные.

Ночью были подняты на уши все: человеческая полиция, частные охранные агентства, даже вольные стрелки. Все, кто хоть как-то мог помочь с поисками убийцы, а вот Зарету искали только хищники.

Клан Грозных, как и предполагалось, предоставил всю документацию. Не к чему было придраться.

А еще на горизонте мелькнула и другая проблема. Радмир слетел с катушек именно сейчас, когда так нужен был клану и самому Тихомиру.

Пришлось рычащего брата на время запереть в комнате со стальной дверью, как у сейфа, а девчонку, которую он притащил с собой, аккуратно допросить и отпустить, но присмотр за ней оставить на случай, если появятся новости.

Божена Грознова об исчезновении Зареты ничего не знала. Но зато в подробностях изложила все, что выяснила о врачах, методиках лечения и больницах, в которых побывала Зарета. С медиками Вольнов решил разбираться позже. Найдет всех виновных и причастных, выбьет признания, узнает мотивы того, почему девчонку вводили в заблуждение касательно диагнозов.

И, что уж скрывать, а Тим начинал отчаиваться. Более того, собирался идти на поклон к Верховному. Тот однозначно поможет, какие бы сильные обиды и недопонимания ни пролегли между ними.

Тим решил, что на встречу пойдет сам. А потому отправил официальный запрос на аудиенцию с Верховным. Тихомира воротило от того, что ему нужно связываться с помощниками влиятельного папаши, чтобы попасть к нему для разговора. Но Вольнов готов был наступить на глотку своей гордости, только бы отец помог.

Хищник рухнул в кресло, откинул голову назад, уперся затылком в мягкую обивку, прикрыл глаза.

Он не скучал по отцу. У Верховного никогда не было времени на сыновей, а вот по маме — невероятно сильно.

Когда он был у нее в гостях в последний раз? Кажется, вечность прошла. Нет, надо в ближайшем будущем навестить старушку, да и самому отвлечься от суеты городской жизни.

Тим представил, как возвращается в леса, где провел свое детство, где не было забот вожака стаи, не было суеты. А была свобода.