Девушка уже встала перед Верховным, склонив голову набок, смотрела на Фаину, продолжала держать свою ладонь так, что подрагивающие пальцы Фаи едва касались тонкой кожи.

— Фаина Вольнова, добро пожаловать в семью, — произнесла девушка и опустила свою руку, а Фая поняла, что на ее пальцах сидит бабочка, яркая, с разноцветными крыльями, и не торопится улетать.

Зрелище приворожило Фаину. Она не могла опустить руку и отвести взора от пестрых крылышек, таких огромных, что, кажется, они скрывали почти всю ладонь.

Бабочка мягко взмахнула крыльями. С приоткрытых губ Фаины сорвался приглушенный выдох, а следом — негромкий смех. Ведь насекомое перенеслось на нос Дима, тот фыркнул от неожиданности, точно большой зверь. Волшебная красавица, еще раз, взмахнув крыльями, взметнулась ввысь и исчезла, а Фая ощутила, как в ее душе разворачиваются точно такие же крылья, дарившие свободу.

— Пойдемте в дом, — скупо улыбнулся Верховный, одной рукой обняв жену, а свободной распахнул двери перед гостями.

Фая, смутившись, вошла первой. Следом — хозяйка дома. А за спиной девушка разобрала негромкий разговор между братьями. И покраснела до корней коротких, кудрявых волос.

— Судя по тому, что провернула Заря, ты, брат, ночью поаккуратней, — веселясь, шепотом напутствовал Тихомир. — Не пугайся, если проснешься волком.

— Вообще-то, мы все слышим, мальчики! — заметила Зарета, а сама приветливо подмигнула гостье.

Фаина смутилась еще больше.

— Ну а что? Никто не отменял спонтанный оборот, раз уж сама нимфа дала свое благословение, — уже громче посмеивался Верховный, а Фая отыскала взглядом ставшие необходимыми как воздух глаза Добромира. И прошептала, как только красавчик оказался рядом с ней и обнял ее за плечи:

— Нимфа? Разве это не легенда? Они существуют?

— Одна есть точно, — многозначительно кивнул Дим, а глаза Фаи превратились в огромные блюдца, распахнувшись в удивлении и неверии.

— Ого…Это… Святая Праматерь! — пробормотала Фаина, чувствуя, что колени трясутся.

Что она знала о нимфах? Не очень много. Говорили, что они могли управлять силами природы, насылать полчища насекомых или зверей на поселения хищников, могли говорить с облаками и ветром. А еще по их велению мог пролиться дождь в засуху. Но это все сказки, разве не так?

Очевидно, что все мысли были написаны на лице девушки, потому что братья Вольновы и нимфа, переглянувшись, негромко рассмеялись. По-доброму. Но Фая так и не вышла из состояния оцепенения. Дим усадил ее в мягкое кресло, сам устроился на подлокотнике рядом. Потом, передумав, подхватил Фаю на руки, сел в кресло, а потом уже усадил на свои колени и свою истинную.

Дар речи вернулся к Фаине не скоро. Хищница наблюдала за нимфой.