— Мы всегда можем компенсировать убытки корпоративной платиновой картой моей сестры, она всё равно после последней нашей с ней встречи, в эти края больше никогда не вернётся, так что не узнает об этом, — невозмутимо отозвался Кайл.

— От тебя даже сестра и та сбежала? — уточнил с ехидством папа.

— В отличие от вас, у неё с инстинктом самосохранения всё в порядке, — нисколько не проникся всей глубиной подтекста в озвученном папой вопросе Кайл и явно собирался добавить что-то ещё, но резко сменил тему: — Дети проснулись.

А я только собиралась сама пресечь их новую стычку, но тут же позабыла обо всём на свете.

— Правда? — загорелась, вновь забыв о швах на животе, из-за которых со стоном рухнула обратно на постель, как только решила приподняться. — Чтоб тебя! — выругалась ворчливо.

Кайл на мою реакцию только головой покачал, хоть и улыбнулся.

— Пойду, схожу за ними.

— Ладно, — вздохнула недовольно, за что и получила поцелуй в нос от любимого, прежде чем он ушёл.

Надеюсь, ненадолго. Да и папа тут же переключил моё внимание на себя.

— Ты как? — донеслось тихое и взволнованное от него, как только мы остались одни.

— Нормально. И уж точно лучше твоего, — покосилась я на его гипс.

Он на это только здоровой рукой махнул.

— Ерунда. Не в первый раз. Заживёт, как на собаке.

Не первый, но никогда с такими последствиями. Правда озвучить я то не успела. Папа подкатил коляску вплотную ко мне, взяв меня за руку.

— Прости, белоснежка. Это из-за меня ты здесь с девочками. Если бы я не вызвал ту скорую…

— Она бы придумала что-нибудь другое, — оборвала я его намечающиеся оправдания. — Если кто и виноват, то точно не ты, и не Кайл, который отлучился именно в этот момент. Да и… нам всё равно советовали делать кесарево. Считай, мы просто исполнили предписание врачей. Через тройку недель всё равно бы пришлось. Лёгкие у них раскрылись ещё на днях, нам и оставалось только веса побольше набрать, — улыбнулась ободряюще.

— Всё равно, нужно было дождаться Кайла, а я…

— А ты сделал то, что лучше для меня, как для человека. Тем более, как я поняла, мама больше не сможет нам навредить.

— Да. Она не выжила при попытке твоего похищения.

А вот этого услышать я не ожидала.

Зачем переспросила и без того понятное? Наверное, потому что часть меня всё ещё не желала воспринимать её врагом. Хотя последние действия доказали это в полной мере. Но в глубине души маленькая девочка во мне искренне оплакивала свою потерю.

— Не думай об этом, Кристи. К тому же… Она заслужила, дочь. За всё содеянное. И не только с тобой. Мне только жаль, что это не случилось раньше. Прежде, чем она тебе навредила.

Я на его слова снова заставила себя улыбнуться. Через силу, сквозь слёзы, но улыбнулась.

— Её вред дал мне жизнь, — противопоставила. — Мне и малышкам.