И красть тебя не собираюсь. Ничего против твоей воли не сделаю, — словно ребенку поясняет, кивая на машину.

—У меня ровно полчаса есть.

Леон хлопает в ладони, мол, “принято”, кивает и пропускает меня вперед.

Я не ожидала, что Леон приедет сюда, чтобы со мной поговорить. Вообще он высоко ценит свое время, пожалуй, даже больше, чем некоторые ценят родных и близких. Считает, что только время равноценно деньгам, которые он зарабатывает за потраченные рабочие часы.

Вот почему разговор по душам — это не про него, потому что на это надо слишком много времени тратить, впрочем как и сил.

Леон размеренно ведет машину, а я украдкой наблюдаю. Он никогда не нарушает правила. Никогда. Что бы ни случилось. В этом есть определенные плюсы,но и минусы. Однажды я опаздывала на встречу, впрочем, как и Леон.

Единственный вариант в таком случае: слегка поднажать на газ, но он с напряженным лицом ехал дальше, не размениваясь на ненужные эмоции, пока меня сокрушал праведный гнев.

—Так зачем ты на самом деле приехал? — на выдохе выдавливаю из себя, не особо рассчитывая на ответ со стороны мужчины.

Он очень редко мог пояснять свое поведение, считая это, опять же, напрасной тратой времени. Сделал и сделал, что тут вообще обсуждать?

Леон лениво тянет тонкие губы в подобие улыбки и очень подозрительно смотрит на меня, как только мы тормозим на красный. Тоже редкость.

Обращать внимание на дорогу и только — его кредо по жизни.

—Ради тебя, Валя, а как же иначе? Вещи я бы мог отправить и по почте. Ты так не думаешь? — подмигивает и плавно трогается вперед.

—И зачем же ради меня преодолевать такие расстояния? Мне казалось, мы все выяснили. Кстати, “Ауди” я выставила на продажу, а как только получу деньги, переведу тебе.

Сжимаю руки в кулаки и стараюсь выровнять дыхание, а заодно и несущийся на бешеной скорости пульс. Мне правда все равно на его ответ, но внутри что-то переворачивается и заставляет чувствовать отвращение к ситуации в целом.

Мне этот разговор по сути нужен был намного раньше. Тогда, когда он нужен был по итогу лишь мне и больше никому. Пожалуй, только мать Леона в какой-то мере поняла меня изначально и понимает сейчас. Она единственная с участием посмотрела на меня и обняла, помогая собирать вещи.

Потому что слишком хорошо знает своего сына.

Леон перестает улыбаться, хмурится сильнее и сжимает руль идеальными руками с такими же идеальными пальцами, которые явно вчера побывали во власти мастера маникюра.

Второе имя Леона — идеальный во всем. Это его альтер-эго.

—Валь, мне странно понимать, что ты видишь во мне индифферентного ко всему человека.

Вот теперь это Леон. Использование замысловатых слов, как яркий атрибут его личности.