Я думала, что всё будет по-другому, быстро и жестко, пока мужчина не получить свой оргазм. Дорвётся до того, в чём я так настойчиво ему отказывала раз за разом.

– Тебе достаточно попросить, златовласка.

Упрямо качаю головой, хотя готова сорваться. Ещё немного, когда возбуждение выплеснет за край, когда лопнет всё терпение, граничащее с мазохизмом. Я не выдержу этой пытки, но и проиграть не могу.

Облизываю пересохшие губы, ахаю от того, как мужчина сам касается их. Проводит языком, смачивая, посасывает. Лижет и кусает, боль и наслаждение. Лютый не дает мне привыкнуть ни к чему, раз за разом меняет своё поведение.

– Какая же ты обалденная, - бьет комплиментами, а его голос дрожит от напряжения. Ему самому сложно так, но мужчина держится, получает удовольствие от всего. – Лучшая, златовласка. Самая лучшая. Такая упрямая.

Мой сталкер почти ласково убирает волосы с моего лица, гладит скулы. Ведёт по ткани повязки, которая липнет к глазам из-за слёз. Я даже не понимала, что плачу, но не могу сдержаться. Из-за воздержания, из-за того, как мне плохо и хорошо одновременно…

– Просто признай, что ты меня хочешь. Хочешь кончить подо мной.

Скажи, Крис-тина, - тянет моё имя, будто ласкает его, а в следующую секунду мужчина сжимает мою грудь. – Скажи.

– Ты течешь так сладко, так сильно. На мой член, только на мой. Скажешь, что это не так? Слышишь? – Лютый входит в меня с пошлым влажным хлопком, от которого меня прошибает новой волной наслаждения. – Как хорошо меня принимаешь. Здесь не обманешь. Чистая реакция твоего тела. Хочешь.

– Может… Может хочу. Но просить… Просить не буду.

Каждое слово дается с трудом, я почти забываю, что хотела ему сказать. Я жалею, что выпила так мало, недостаточно.

Алкоголь туманит рассудок, мешает говорить, отталкивать, просить. Пузырьки шампанского лопаются внутри, обжигая взрывами тепла.

Сталкер разрешает великодушно, но делает всё, чтобы я это сделала. Срывается на дикий ритм, который я не могу выдержать. Входит в меня рывками, оставляет жгучие поцелуи на груди, втягивая кожу, прикусывая её зубами.

Я хватаюсь за Лютого, потому что другой опоры у меня нет. Обнимаю его за шею, впиваюсь пальцами в плечи, тяну короткие мягкие волосы на затылке. Мне нужно…

Потому что мужчина проталкивает ладонь между наших тел, касается пальцами клитора.

Тянет его, трогает, надавливает. Делает всё, чтобы у меня сердце разрывалось, не выдерживая этой грубой ласки.

Толкает к наслаждению, рывком забирает обратно.

Это похоже на качели, американские горки, меня несёт на сумасшедшей скорости, а потом ожидание, от которого ещё сильнее потряхивает. Меня бьет разрядами тока, пронизывает вспышками жара, тепла, разрушает этим наслаждением, которое я не могу выдержать.

– Не проси, златовласка. Кончай.

Машу головой, кусаю губы.