Как будто это новость дня, и мужчина не знал подобного. Вся моя жизнь превратилась в затянувшийся кошмар, который не заканчивается.

Все решения, что я принимала, были основаны именно на страхе. Не рассказывать никому о сталкере, чтобы не попасть в ещё большие проблемы. Ни с кем не встречаться, потому что могу встретиться с мужчиной лицом к лицу. Не обращаться в полицию, не нарываться.

Только я так чертовски устала…

Что больше не могу играть по правилам Лютого.

– Боишься меня, златовласка? – мужчина хрипло смеётся, но каждый звук пронизан сдерживаемой злостью. – Зря.

– Ты серьезно? Ты… К чету тебя! Хочешь меня похитить? Пожалуйста, ты это уже сделал. Превратить мою жизнь в ад? Ох, да, уже. Что ещё? Угроза трахнуть тоже больше не актуальна. Что ещё ты можешь сделать со мной такого, чего я не пережила?

– Захлопнись, Кристина.

Рявкает, сжимае моё запястье. Я жмурюсь, на автомате. Знаю, что мужчина в маске, но не могу справиться с выжженной привычкой. Знать, какой у него цвет глаз, как много родимок на лице…

– И послушай меня внимательно, - рубит словами, заставляя дрожать. Так близко, почти упирается своим лбом в мой. – Ты заигралась. Не думай, что неприкосновенная.

– Или что? Что ты сделаешь?

– Кажется, мы давно договорились с тобой, что ты моя.

– Да, когда ты… Нет! Нет! Пусти меня!

Отбиваюсь от мужчины, пытаюсь сбросить его крепкую хватку. Внутри всё горит от ужаса, кровь закипает. Мне нужно выбраться, сбежать. Не позволить мужчине сделать то, о чём он угрожал.

Грубое, грязное слово, которое бьет в голове. Прожигает дыры, опрыскивает кислотой. Меня начинает тошнить, стоит вспомнить, о чём рассказывал Лютый.

Девушка бойца, которая была трофеем. Проигрываешь – и твоя девчонка переходит дальше. Именно так мужчина заполучил меня, открыто заявил свои права. И об этом же говорил.

– Нет! Ты не посмеешь!

Голос срывается на хрип, мне кажется, что лёгкие сжались. Я не могу дышать, не могу разобрать того, что говорит Лютый. Всё смешивается в писк в голове, виски сжимает болью.

Он не может так поступить…

Он не будет угрожать мне этим.

– Ты… Ты собираешься отдать меня кому-то?

Лютый крепко прижимает к себе, сдавливает в тисках. И у меня нет сил бороться с ним, оттолкнуть. Потому что мужчина молчит. В салоне машине воцаряется гробовая тишина, когда я прекращаю кричать.

Только слышно моё учащенное дыхание. И, кажется, моё сердцебиение разносится на километры вокруг. Потому что эта мысль чудовищна, беспощадна. Что сталкер теперь просто отдаст меня…

Я не думала об этом, не вспоминала даже. Разум вычеркнул, как слишком плохое воспоминание. Но я должна была подумать, предусмотреть! Те слова мужчины, от которых меня колотило, которые…

А теперь Лютый молчит. Не спешит разубедить меня, только держит, не позволяя сбежать.