– Как хочешь. – Он опять пожал плечами. Полина как завороженная следила за дыркой на его футболке. – Я могу и на кухне спать.

– Нет уж, на кухне я, – быстро возразила она: следовало ковать железо, пока оно не опомнилось! – Диван здесь не раздвигается, ты на нем не поместишься, хоть пополам сложись. Да и к еде поближе. Я и тебя могу едой обеспечивать, – торопливо добавила она, подумав, что уж как-нибудь уговорит маму взять его на довольствие, лишь бы удалась ее афера.

На слово «еда» он наконец-то отреагировал – недоуменно взглянул на пирожки.

И тут же так смутился, что этого невозможно было не заметить, хотя из-за бороды трудно было понять, в чем проявляется смущение.

– Спасибо, – сказал Георгий. – Что-то я совсем… Ем, ем – и не соображаю, что это я делаю.

– Да, соображать ты стал туго, – согласилась Полина. – Холодец будешь?

Судя по всему, путь к сердцу мужчины действительно лежал через желудок, и она решила воспользоваться этим незамысловатым, проторенным миллионами женщин путем.

Правда, сердце мужчины ее при этом не интересовало, но договориться с ним надо было во что бы то ни стало. Полина просто не представляла, что будет делать, если с ним не договорится!

Первое же новогоднее утро в родительской квартире убедило ее в том, что жить в этом идиллическом бедламе она не сможет, хоть стреляй. Да для нее и просто не хватало места, хотя, конечно, родители обиделись бы, если бы она им такое сказала.

В детской расположились Ева с Артемом – вот уж кто точно заслуживал сострадания! – в спальне, понятно, родители, в гостиной – телевизор, Ванечкины игрушки с книжками, да почти каждый день и сам Ванечка… И на кухне тоже не разживешься, потому что для кормления такой оравы маме придется проводить там слишком много времени. В общем, вопрос стоял попросту, по-гамлетовски, быть или не быть, и для его положительного решения Полина была готова на многое, хотя, правда, все-таки не на что угодно.

«Пристроюсь куда-нибудь к компьютеру, денег заработаю, там видно будет, может, квартиру удастся снять или хоть чердак какой, типа Глюкова. А пока здесь перекантуюсь, – рассуждала она. – Да и для Юрки ведь лучше. Так ему сначала отсюда всю мебель, все вещи в Чертаново перетаскивать, потом из Чертанова еще куда-то, а так я время потяну, пока Женя квартиру обменяет, и никаких лишних перевозок.